Deprecated: mysql_escape_string(): This function is deprecated; use mysql_real_escape_string() instead. in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/modules/show.full.php on line 293 Твоей разумной силе слава - Часть 163

Твоей разумной силе слава - Часть 163

17-05-2012 in: Книги

Вернувшись к столу, он перечел вслух великолепные строки: "Вниз я гляжу на священную ночь, несказанную, потаенную. Далеко в стороне в могиле глубокой покоится мир. Как пустын­но, как все одиноко! Горечь тоски трепещет на струнах груди. — Даль незабвенная, чаянья юности, детские грезы, краткие радости жизни всей долгой, надежды пустые приходят ко мне в одеянии сером, словно вечерний туман после солнца, за горы зашедшего".

Меланхолическая красота "Гимнов к Ночи" пронзила душу молодого мечтателя, сверкнув зарницей в темной плодоносной ночи ранней летней поры.

Еще один час провел он один в тишине своей комнаты, то читая, то шагая взад и вперед, то всматриваясь сквозь оконные стекла в черноту наступавшей апрельской ночи. Затем, не закрывая две­рей, он вышел на лестницу и ощупью вдоль стены поднялся на­верх. Там он тихо постучал в дверь комнаты, в которой жил Гер­ман Розиус, его прилежный друг. Тот сидел за "Гномоном" Бенгеля, своей любимой книгой. Тихий, благочестивый студент радост­но поздоровался со своим старшим другом, которым он восхи­щался и к которому был нежно привязан. Розиус очистил стул от остатков скудного ужина и предложил его гостю. Брахфогель вытащил из кармана томик Новалиса, который он принес с собой, и положил его на стол так, чтобы свет упал на титульный лист.

— Читал? - спросил он теолога.

Розиус отрицательно покачал головой.

— Нет, только слышал, — сказал он. — Он, кажется, как-то связан с Шлейермахером10. Ты его сейчас читаешь?

— Хочу прочесть тебе одно место.

И он прочел другу первый из "Гимнов к Ночи". Благородная простота его звучного голоса хорошо сочеталась с серьезным пафосом произведения. Ни один писатель не может оказать на читателя более чистое и возвышенное воздействие, чем это про­исходит в ту минуту, когда прекраснодушный молодой человек приобщает к его сочинениям своего друга.

Оба юноши воздерживались от каких-либо суждений. Они молча позволили отзвучать пробужденным в их душах скорб­ным нотам. Маленькая кабинетная лампа освещала непригляд­ную комнату красноватым светом.

Наконец Розиус прервал молчание. Он заговорил тихо и не­смело, и даже в полутьме было видно, что он покраснел.