Deprecated: mysql_escape_string(): This function is deprecated; use mysql_real_escape_string() instead. in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/modules/show.full.php on line 293 Твоей разумной силе слава - Часть 162

Твоей разумной силе слава - Часть 162

17-05-2012 in: Книги

— Ладно, давай! Второй том там лежит.

Брахфогель, спешивший к своим ученикам, в несколько прыжков выскочил по узкой, дряхлой лестнице с обоими томи­ками под мышкой на улицу. Реттиг задумчиво глядел в окно вслед своему другу и своему Новалису. Мысленным взором он уже видел, как вся его прекрасная библиотека разлетается во все концы.

На следующий день точно в назначенное время явился вежли­вый помощник Вицгаля. Он все просмотрел, оценил каждую книгу, назвав под конец ничтожную сумму, с которой хмуро согласился Реттиг, после чего невзрачный рабочий из магазина погрузил на тележку все сокровища и с равнодушным видом увез их прочь. У кого из нынешних библиофилов не дрогнуло бы сердце при взгляде на перечень этих книг? За первоиздания, кото­рые мода наших дней оценивает в несколько талеров, были наз­начены цены в тридцать и сорок крейцеров, а то и более низкие.

В сердцах покинул опечаленный кандидат свою оскверненную обитель и, раздраженно побродив по улицам, решил завершить этот черный день своей жизни в трактире "У льва", где он в оди­ночестве пропил гульден, который вчера принес ему Новалис.

III

Вечер. Фен быстро гонит облака по густому небу. В своей уютной комнате, прильнув к окну и положив на оконный пере­плет изящную руку, Теофиль Брахфогель взволнованно следит за бесконечным неспешным полетом облаков; превосходные стихи переполняют его сердце.

На широком рабочем столе рядом с тетрадями, почтовой бумагой и чернильным прибором лежал раскрытый второй том сочинений Новалиса. В отличие от Реттига с его критической жилкой мечтательный учитель сохранил с юных лет способность наслаждаться произведениями поэтов как сладким вином, без­вольно отдавался пьянящему потоку их возвышенной речи; из трепетного кубка его взволнованной души время от времени выплескивались тяжелые капли собственных стихов.

Вот уже несколько дней он находился во власти этого глубокомысленнейшего и тончайшего романтика, чье нежное величие и чей сумрачный, насыщенный ароматом предчувствий язык по­коряли своими плавными ритмами его мягкое сердце. Мистическое благозвучие этой речи было подобно потоку, отдаленный шум которого слышится глубокой ночью, полету облаков и голубому мерцанию звезд и намекало на постижение всех тайн бытия, на владение нежнейшими струнами мышления.