ПИСЬМО ДЕВЯТОЕ
 
Ковчег, продолжая свое плавание, носился по водам без компаса и без
руля - игрушка ветров и бурных течений. И все время - дождь, дождь,
дождь. Он лил, хлестал, затоплял. Никогда еще не бывало подобного дождя.
Прежде иной раз выпадало до шестнадцати дюймов осадков в день. Но это
было нечто неслыханное: сто двадцать дюймов в день - целых десять футов!
И вот этот невероятный дождь шел сорок дней и сорок ночей, так что
затопило все холмы высотой до четырехсот футов. Но тут небеса и даже
ангелы совсем иссякли, и влаги больше взять было неоткуда.
Это был не слишком-то удачный Вселенский потоп, но, впрочем, он
ничем не уступал другим многочисленным Вселенским потопам, которые
засвидетельствованы в библиях всех народов.
В конце концов ковчег взмыл высоко в воздух и причалил к вершине
горы Арарат - в семнадцати тысячах футов над уровнем долины. Его живой
груз выбрался на волю и спустился с горы.
Ной насадил виноградник, и выпил вина, и совсем осовел.
Он был избран из всего земного населения потому, что лучше никого не
нашлось. Ему предстояло положить начало новому человечеству на новой
основе. Вот это и была новая основа. Предзнаменование оказалось
скверным. Продолжать опыт значило подвергаться большому и совершенно
напрасному риску. Настала минута поступить с этой публикой так же мудро,
как и с их предшественниками, - утопить их. Каждый, кроме Творца, понял
бы это. Но он не понял. То есть, может быть, не понял.
Утверждается, будто с начала времен он предвидел все, чему суждено
было произойти в мире. Если это правда, значит, он предвидел, что Адам и
Ева съедят яблоко; что их потомство будет из рук вон скверным и его
придется утопить; что потомство Ноя в свою очередь окажется из рук вон
скверным и что со временем ему самому придется покинуть свой престол на
небесах, спуститься на землю и подвергнуться распятию, чтобы еще раз
спасти это надоедливое человечество. Спасти целиком? Нет. Часть его? Да.
Какую же часть? Сотни раз миллиард людей, составляющий одно поколение,
будет, уступая место новому поколению, отправляться на вечную гибель -
весь миллиард, за исключением примерно десяти тысяч избранников. Эти
десять тысяч придется подбирать из ничтожной кучки христиан, но и в этой
кучке шанс на спасение будет лишь у каждого сотого: только у тех
католиков, которым повезет заручиться в смертный час священником, чтобы
он прочистил наждачком их душу, да у двух-трех пресвитериан. Все
остальные спасению не подлежат. Все остальные прокляты. Оптом по
миллиону.
Неужели вы согласитесь, что он предвидел все это? Так утверждает
церковь. А ведь тем самым она утверждает, что их бог в интеллектуальном
отношении - Первый Нищий во вселенной, а в нравственном отношении стоит
где-то на уровне царя Давида.