5. Закат патриарха: смерть и бессмертие

Бремя славы. 1905 г. Твену исполнилось 70 лет: этот, как и другие «круглые юбилеи», был отмечен литературной общественностью с помпой. И хотя в ответ на приветствия писатель заявил, что считает себя уже находящимся в «запасе», все это было очередным его лукавством. Твен продолжал работать.

Он обрел негласный статус живого классика, стал фигурой мифологической, легендарной, национальным достоянием. Газетчики ревниво отслеживали едва ли не каждый его шаг, его остроты, афоризмы незамедлительно подхватывались и тиражировались прессой. Несмотря на стариковские хвори, его творческая активность по-прежнему удивляет, а кладовые уникальной памяти не иссякают. В 1906 г. анонимно он опубликовал трактат «Что такое человек?», сборник «Наследство тридцать тысяч долларов» и другие рассказы; тогда же начинает сочинять фрагменты «Автобиографии». В 1907 г. он решается, наконец, опубликовать рассказ «Путешествие капитана Стормфильда в рай», произведение со смело выраженной антиклерикальной тенденцией; его замысел и первые наброски относятся еще к исходу 1860-х гг., ко времени написания «Простаков».

Американские университеты словно соревнуются, одаривая Твена почетными дипломами. Несмотря на ироническое отношение к подобного рода регалиям (о чем говорится в его входящем в «Автобиографию» фрагменте «Ученые степени»), он не без удовольствия принимает сообщение о присвоении степени доктора Оксфордского университета. Вот как он комментировал это событие: «Телеграмма из Оксфорда исцеляет тайную рану в моем сердце, которая много лет причиняла мне жестокую боль. В глубине души я отлично знаю, что на протяжении жизни целого поколения я пользовался славой, какая не выпадала на долю ни одному американскому писателю. В глубине души я также знаю, что в своем особом жанре на протяжении всего этого времени я стоял во главе цеха и не имел соперников». В 1907 г. Твен совершает поездку в Англию для получения награды (заметим, что оксфордской мантии ранее был удостоен И.С. Тургенев, с которым Твену довелось видеться в Париже, а позднее маститые российские литературоведы К.И. Чуковский, М.П. Алексеев, В.М. Жирмунский, Д.С. Лихачев, Ю.Д. Левин.) В том же 1907 г. Твен публикует книгу «Христианская наука», в которой не щадит иронии по адресу одной из сект, явно попахивающей шарлатанством и возглавляемой Мери Бейкер-Эдди.

Кончина Твена. В 1908 г. Твен покидает Хартфорд и переезжает в новый дом в небольшом городке Реддинге в штате Коннектикут. Этот дом получает название «Стормфильд», а его хозяин незамедлительно становиться местной знаменитостью, атакуемой досужими репортерами и любопытными. Между тем, у Твена развивается сердечная болезнь, а силы неумолимо тают. Летом 1909 г. случается первый сердечный приступ. Состояние писателя ухудшается после последовавший в декабре того же года неожиданной кончины от эпилепсии дочери Джин. В этот вечер Твен делает такую запись: «Вчера мне было 74 года. Кто скажет, сколько мне лет сегодня?». Лаконичный, скорбный очерк Твена «Смерть Джин» стал его последним. Но и на закате жизни остроумие не покидает писателя. Когда одна из газет поинтересовалась его здоровьем, он так откликнулся: «В ответ на ваш вопрос сообщаю, что хоть я не могу похвастаться железным здоровьем, но и не настолько болен чтобы обнадежить гробовщика». Однако в начале 1910 г. его состояние резко ухудшается. Альберт Пейн увозит писателя на Бермудские острова, но улучшения не наступает. Тогда он возвращается на родину, где приступы продолжаются. Умирая, Твен шутит по поводу того, как следует вести себя перед небесными райскими вратами: «Оставьте свою собаку перед воротами. На небесах надобна протекция. Если бы там ценили по заслугам, — то впустили бы не вас, а собаку». 21 апреля 1910 г. Твен скончался. В этот же год Россия потеряла своего национального гения — Толстого.

Отклики на смерть писателя. Кончина Твена вызвала резонанс на родине и за ее пределами. Вот что говорили его соотечественники. Эндрю Карнеги (1835—1919 гг.) предприниматель, публицист и филантроп, писал: «Марк Твена больше нет!.. Померкло веселье народов, угас оригинальнейший гений нашей эпохи и один из прекраснейших, благороднейших людей когда-либо живших на земле... Тот не знал Марка Твена, кто не видел его возмущенным каким-либо подлым отвратительным поступком, возмущавшим его чувства справедливости». «Он явился с Запада и Юга и поначалу принадлежал им, — размышлял романист Бут Таркиштон — позже он стал принадлежностью всей страны, а затем всего мира. И уж после этого весь мир принадлежал ему». «Марк Твен умер, но его характер, сердце и ум живут в его трудах — счастливое наследство, оставленное людям на все времена». Это мнение Сэмюэла Гомперса, одного из столпов американского движения.

На кончину «патриарха юмористов» отозвались все главные газеты России. А. Куприн опубликовал заметку, озаглавленную «Умер смех». Твен был наделен для него «вечной улыбкой мудрости»; она олицетворяла «видимый миру смех и невидимые слезы». Купринская характеристика Твена по-писательски красочна и проницательна: «точное, здоровое и прилежное наблюдение жизни, мужественное сердце, спокойная любовь к Родине, и рядом с ней широкое, свободное понимание прелести шутки, порою простонародная грубоватость, чисто покровительственная мужская нежность к детям и женщинам, легкое преувеличение в сторону лирического и трогательного и чрезмерное — в сторону смешного и порочного, а в глубине — неистощимая любовь к человеку...»

Читать дальше

Обсуждение закрыто.