27. У.Д. Гоуэлсу

Элмайра,
21 августа, 1884 г.

Дорогой Гоуэлс!

Эта предвыборная кампания восхитительна свыше всякой меры. Нет, право же, человеческая природа — это самое лицемерное и фальшивое, что только есть на свете. А человек — существо, за которое приходится краснеть, с какой стороны на него ни взглянешь. «Познай самого себя» — и тогда ты исполнишься презрения к себе, можешь не сомневаться. Вот, например, три очень неплохих образчика этой породы — Холи, Уорнер и Чарли Кларк. Право, даже я отношусь к Блейну с меньшим отвращением, чем они; и все же Холи агитирует за Блейна. Уорнер и Кларк каждый день расшаркиваются перед ним в своей газете, и все трое будут голосовать за него. О насмешка, где твое жало! О раб, где твоя розга!

Вы, наверно, слышали, что мраморный памятник в Хартфорде, за который Сент-Годенс нес материальную ответственность, недавно сгорел; застрахован, он, разумеется, не был, потому что кому же придет в голову страховать от пожара мраморный обелиск на кладбище, — и Сент-Годекс лишился пятнадцати тысяч долларов.

Это был злосчастный день для людей искусства. В этот день Герхардт закончил мой бюст, который все мое семейство и друзья признали чудесным; однако назавтра; при помещении его в гипс (вернее, при извлечении оттуда), он был безнадежно испорчен. Пять недель тяжелого труда пропали даром. Известие об этом распространилось с быстротой молнии, и все обитатели фермы сбежались в беседку и столпились вокруг погибшего бюста в глубоком и трогательном молчании — садовники, слуги-негры, дети, немка-бонна и все прочие. Молчание это изредка прерывалось невольными возгласами сожаления, по мере того как истинные размеры катастрофы становились ясны одному зрителю за другим.

Один ахал так, другой — эдак, немка-бонна воздела руки к небу и произнесла: «O schade! O schrecklich!»1. Только Герхардт ничего не сказал, — вернее, почти ничего. Наверное, у него не хватало слов. Однако он взялся за работу и к вечеру подготовил все для того, чтобы с утра приняться за дело сначала; и в три дня вылепил новый бюст, который оказался еще лучше прежнего; завтра мы внесем последние завершающие штрихи, и он будет не хуже любого из тех, какие может вылепить кто угодно.

Всегда ваш Марк.

Если вам попадется человек, которому нужен бюст, порекомендуйте ему Герхардта и сошлитесь на меня.

Примечания

Эта предвыборная кампания восхитительна свыше всякой меры... — Имеется в виду борьба между кандидатами в президенты — республиканцем Блейном и демократом Кливлендом.

Герхардт Карл (1853—1926) — американский скульптор, рабочий-самоучка, получивший специальное художественное образование в Европе на средства Твена. Создал известный бюст Марка Твена.

1. Какая жалость! Какой ужас! (нем.)

Читать дальше

Обсуждение закрыто.