45. Неизвестному

[1891]

...Когда я пытаюсь изображать жизнь, я ограничиваюсь теми ее областями, с которыми знаком. Но я ограничился только жизнью мальчика на Миссисипи потому, что она таит для меня особое очарование, а не потому, что я не знаю жизни взрослых. В начале войны я две недели пробыл солдатом, и все это время за мной охотились, как за крысой. Знаком ли я с жизнью солдата? Да сам мой великолепный Киплинг не обладаем подобным неизгладимым, заскорузлым и незабываемым воспоминанием о знакомстве с этой смертью на коне белом, чья свита — весь ад, и чье имя — первые две недели новобранца в действующей армии; а это, несомненно, самые поразительные и яркие дни, какие выпадают на долю солдата.

Да кроме того, я несколько недель ворочал серебряную руду на обогатительной фабрике и познал все последние достижения культуры в этой области. А кроме того, я три месяца занимался разработкой «карманов» в том крохотном уголке земного шара, где природа хранит золото в карманах, — или, вернее, хранила, пока мы не обчистили все эти карманы, истощив и бесследно уничтожив один из самых любопытных ее капризов. Сейчас во всем мире не осталось и тридцати человек, которые, узнав, что где-то на широком горном склоне есть «карман», сумеют его найти или хотя бы будут знать, как взяться за поиски. А я принадлежу к этим двадцати — тридцати обладателям утраченного секрета и мог бы добраться до сокровища, ни разу не сбившись с пути.

А кроме того, я был золотоискателем и могу отличить богатую породу от бедной, просто попробовав ее на язык. А кроме того, я был рудокопом на серебряных рудниках и умею отбивать породу, отгребать ее, бурить скважины и закладывать в них динамит. И поэтому я так же хорошо знаю внутреннюю сторону жизни рудников и рудокопов, как Брет Гарт знает ее внешнюю сторону.

А кроме того, я четыре года был репортером и видел закулисную сторону многих событий; и я писал для своей газеты отчеты о деятельности законодательного собрания штата двух созывов и конгресса одного созыва, лично ознакомившись, таким образом, с тремя типичными собраниями самых ограниченных умов, самых эгоистичных душ и самых трусливых сердец, когда-либо созданных богом.

А кроме того, я несколько лет служил лоцманом на Миссисипи и был близко знаком со всеми разновидностями речников — племени своеобразного и ни на какие другие не похожего.

А кроме того, я несколько лет был бродячим печатником и переезжал из одного города в другой, — так что и эта секта хорошо мне знакома.

А кроме того, я много лет читал публичные лекции и произносил речи на всевозможных банкетах, так что мне известны многие тайны, как овладеть вниманием публики, — тайны, которые нельзя узнать из книг, которые познаются только на собственном опыте.

А кроме того, я много лет следил за разработкой дорогого моему сердцу изобретения, истратил на него целое состояние, так и не сумев довести его до конца, — история этого эпизода моей биографии могла бы составить толстую книгу, в которой миллионы людей увидели бы себя как в зеркале и, подтверждая мои слова, сказали бы: «Поистине, это не выдумка, человек сей был там», а затем посыпали бы главу свою пеплом, изрыгая проклятья и богохульства.

А кроме того, я издатель и выплатил вдове одного автора (генерала Гранта) самый большой гонорар, какой только видела земля: за первый год он составил более восьмидесяти тысяч фунтов стерлингов.

А кроме того, я вот уже двадцать лет — писатель, и пятьдесят пять лет — осел.

Ну так вот: поскольку самым ценным капиталом, культурой и эрудицией, необходимым для писания романов, является личный опыт, я, следовательно, неплохо экипирован для этого ремесла.

Да, у меня великолепная экипировка и чрезвычайно широкая культура, и к тому же самая подлинная, лишенная какой-либо искусственности, ибо я ничего не понимаю в книгах.

Читать дальше

Обсуждение закрыто.