80. Дж.Х. Твичелу

16 февраля 1905 г.

Дорогой Джо,

я знал, что где-то в глубине души моей таится совершенно определенное чувство к президенту, и только не мог найти слова, чтобы его определить. Вот они точка в точку — их сказал Леонард Джером: «Двадцать лет я любил Рузвельта — человека и ненавидел Рузвельта — политикан государственного деятеля».

Отлично сказано. Сколько я ни встречал за двадцать пять лет Рузвельта — человека, всякий раз я пожимал ему руку с самым теплым, сердечным чувством; но, как правило, при каждой встрече с Рузвельтом — политиком и государственным деятелем я убеждался, что он лишен каких-либо нравственных устоев и не заслуживает уважения. Совершенно очевидно, что, коль скоро дело касается его собственных политических интересов или интересов его партии, у него нет и подобия совести; под влиянием этих интересов он оказывается наивно равнодушен, а то и просто глух к суровому голосу долга; если на дороге у него станет наша конституция, он в любую минуту отшвырнет ее пинком; и едва он учует голос избирателя, он не только с охотой, но с жадным нетерпением поспешит купить его по любой неслыханно высокой цене и оплатит счет — не из собственного кармана или кармана своей партии, но за счет народа, при помощи самого хладнокровного грабежа. Пример тому — приказ 78 и присвоение фондов индийского треста.

Но Рузвельту простительно — я вынужден это признать и (должен бы) примириться. Все мы сумасшедшие, каждый на свой лад, а безумие снимает ответственность. Теодор как человек мыслит вполне здраво; по справедливости, мы не должны забывать, что как политик и государственный деятель Теодор безумен и за себя не отвечает.

Не отмахивайтесь от этих существенных обстоятельств, но вдумайтесь в них, и пусть это поможет вам возвыситься, стать просвещеннее и лучше. Вы поучали меня, когда я был желторотым юнцом, позвольте же теперь мне, уже старику, вернуть долг, черпая из сокровищ мудрости, выплавленной из золотоносной руды опыта.

Всегда ваш в радости и веселье
Марк.

Читать дальше

Обсуждение закрыто.