Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/classes/templates.class.php on line 68 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/modules/static.php on line 145 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/classes/templates.class.php on line 60 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/perg3/public_html/mark-twain.ru/engine/classes/templates.class.php on line 64 Том Сойер - сыщик
Глава IV. ТРОЕ СПЯЩИХ
 
-  Так  мы  весь  день  и просидели, притворяясь, что наблюдаем друг за
другом. И должен вам сказать, что для двух из нас это была паршивая работа
и нам было чертовски трудно притворяться. К вечеру мы высадились в одном
из маленьких городков в штате Миссури, не доезжая Айовы, поужинали в
местной гостинице и взяли себе наверху комнату с койкой и двуспальной
постелью. А когда мы туда отправились - впереди хозяин с сальной свечой, а
за ним все гуськом, причем я последним, - я спрятал свой саквояж в темной
прихожей под столом. Мы запаслись виски и сели играть в карты по
маленькой. Но как только Бэд начал пьянеть, мы перестали пить, а его
продолжали угощать. И так мы его угощали, пока он не свалился со стула и
не захрапел.
Тут мы и приступили к делу. Я предложил разуться, чтобы не шуметь, и
снять с Бэда сапоги, чтобы легче его было переворачивать и обыскивать. Так
мы и сделали. Я поставил свои сапоги рядом с сапогами Бэда, чтобы они были
под рукой. Потом мы раздели Бэда и принялись шарить по его карманам, в
швах, в носках, в сапогах, в его вещах - повсюду. Брильянтов нигде не
было. Когда мы нашли отвертку, Гэл мне и говорит:
- Как ты думаешь, зачем она ему понадобилась?
Я сказал, что понятия не имею, а как только он отвернулся, сунул ее в
карман. Наконец Гэлу все это надоело, у него что называется руки
опустились, и он мне говорит:
- Пора бросить это дело.
А я только этого и ждал. И говорю ему:
- Есть одно место, где мы еще не искали.
- Где?
- У него в животе.
- Ах, черт меня побери! Мне это и в голову не пришло. Вот уж когда мы
до них добрались! А как мы их достанем?
- А вот как, - говорю ему, - ты оставайся здесь с ним, а я пойду разыщу
аптеку, и там я наверняка достану кое-что, чтобы его вывернуло наизнанку
вместе с брильянтами.
Гэл согласился на этот план, и тут я прямо у него на глазах надеваю
сапоги Бэда вместо своих, и он ничего не замечает. Сапоги оказались
немного велики мне, но хуже было бы, если б они были малы. В прихожей я
прихватил свой саквояж и через минуту уже был на улице и припустил по
дороге вдоль реки со скоростью пять миль в час.
Так вот, должен вам сказать, это совсем не такая плохая штука - ходить
на брильянтах. Прошло минут пятнадцать, и я подумал, что отмахал уже
больше мили, а в той комнате в гостинице все спокойно. Еще пять минут, и я
сказал себе, что нас разделяет уже гораздо большее пространство, а Гэл
начинает удивляться, что могло со мной случиться. Еще пять минут - и я
представляю себе, что он уже беспокоится - ходит, наверное, по комнате.
Еще пять минут - я одолел мили две с половиной, а он уже в полном волнении
- не иначе как ругается последними словами. Еще немного - и я себе говорю:
прошло сорок минут - он уже понимает, - тут что-то неладно. Пятьдесят
минут - и он наконец догадался! Он решил, что, пока мы обыскивали Бэда, я
нашел брильянты, спрятал их в карман и виду не показал. Теперь он
бросается в погоню за мной. Он начнет разыскивать в пыли свежие следы, но
они с таким же успехом могут повести его вниз по реке, как и вверх.
И вот тут-то я увидел человека, который ехал навстречу мне на муле, и
я, не подумав, вдруг бросился в кусты. Такая глупость! Когда этот человек
поравнялся со мной, он остановился и некоторое время ожидал, пока я выйду,
а потом поехал дальше. Только я уж больше не веселился. Я сказал себе, что
этой глупостью испортил все дело, что не миновать мне беды, если только
этот человек повстречается с Гэлом Клейтоном.
Часам к трем утра я добрался до Александрии, увидел там у пристани этот
пароход и ужасно обрадовался, потому что решил, что я теперь в полной
безопасности. Уже рассветало. Я поднялся на борт, взял эту каюту,
переоделся в новое платье и поднялся в рубку лоцмана, чтобы понаблюдать,
хотя и считал, что большой нужды в этом нет. Сижу там, думаю о своих
брильянтах и все жду, когда пароход отчалит. Жду, жду -а он не отплывает.
Оказывается, чинили машину, а я ничего не знал; мне, понимаете, очень
редко приходилось ездить на пароходах.
Короче говоря, так мы стояли до самого полудня, только я задолго до
этого спрятался в своей каюте, потому что перед завтраком я увидел вдалеке
человека, который шел к пристани, и походка у него была похожа на походку
Гэла Клейтона. Мне просто нехорошо стало. Я сказал себе: если он узнает,
что я нахожусь на этом пароходе, то я попал, как мышь в мышеловку. Ему
нужно будет только следить за мной и ждать, ждать, пока я сойду на берег,
в полной уверенности, что он остался за тысячу миль, сойти вслед за мной,
идти за мной до какого-нибудь подходящего места, заставить меня отдать ему
брильянты, а после этого... я-то знаю, что он сделает потом! Это ужасно,
ужасно! А теперь получается, что и второй на борту. Вот уж не везет мне,
ребята, так не везет! Но вы ведь поможете мне спастись, правда ведь?
Мальчики, вы не бросите несчастного, за которым охотятся чтобы убить
его? Вы спасете меня? Я буду благословлять землю, по которой вы ходите!
Мы успокоили Джека и улеглись спать, сказав, что придумаем какой-нибудь
план и поможем ему, а он не должен так бояться. Вскоре к нему вернулось
хорошее настроение, он отвинтил стальные пластиночки на своих каблуках,
вытащил брильянты и принялся поворачивать их и так и эдак, любоваться ими,
восхищаться. И что правда, то правда, когда свет падал на брильянты, они
выглядели замечательно - они вроде бы вспыхивали, и вокруг них словно
разливалось сияние. И все-таки я подумал, что Джек порядочный дурак. Если
бы я был на его месте, я отдал бы эти брильянты тем парням, и пусть бы они
сошли на берег и оставили меня в покое. Но Джек был сделан из другого
теста. Он говорил, что в этих брильянтах целое состояние и что он не в
силах с ними расстаться.
Наш пароход дважды останавливался, чтобы чинить машину, и стоял
подолгу, один раз - ночью; но было не так уж темно, и Джек побоялся
сходить. А вот когда мы остановились в третий раз, случай оказался
подходящим.
Во втором часу ночи пароход причалил у дровяного склада, милях в сорока
от фермы дяди Сайласа. Ночь была темная, и собирался дождь. Тут Джек решил
попытать счастья и попробовать незаметно удрать. На пароход начали грузить
дрова. Вскоре дождь полил как из ведра, да еще поднялся сильный ветер. Ну,
ясно, все матросы, которые носили дрова, нахлобучили на головы мешки,
чтобы прикрыться от дождя. Мы нашли такой же мешок для Джека, и он,
прихватив свой саквояж, сошел на берег вместе с матросами. Когда мы
увидели, что он миновал освещенное факелом место и исчез в темноте, мы
наконец вздохнули с облегчением. Только радость наша оказалась
преждевременной. Кто-то, я думаю, сообщил им, потому что минут через
десять его два компаньона стремглав бросились вслед за ним на берег и
пропали из виду. До самого рассвета мы с Томом ждали и надеялись, что они
вернутся, только они так и не вернулись. Мы совсем расстроились и пали
духом. Единственная наша надежда была, что Джек намного опередил их и они
не найдут его следов, а он сумеет добраться до фермы своего брата,
спрятаться там и будет наконец в безопасности.
Джек собирался идти вдоль реки и просил нас, чтобы мы узнали, дома ли
Брейс и Юпитер и нет ли там кого-нибудь чужого, а после захода солнца
прибежали и рассказали бы все ему. Он сказал, что будет ждать нас в
маленькой платановой рощице позади табачной плантации дяди Сайласа, у
дороги, - место такое, что там никто не бывает.
Долго сидели мы с Томом и обсуждали, удалось ли ему от них скрыться, и
Том сказал, что если эти парни пустились вверх по реке, вместо того чтобы
направиться вниз, тогда все в порядке, - только вряд ли так оно получится.
Может быть, они знают, откуда Джек родом.
Скорее всего, они двинутся куда надо, будут весь день следить за ним, -
а он ведь ничего не подозревает, - и как только стемнеет, убьют его и
заберут сапоги. Так что у нас с Томом на душе было очень скверно.