ЗАКЛЮЧЕНИЕ
 
  Часто  бывает,  что человек, который ни разу в
жизни не соврал, берется судить о том, что правда,
а что ложь.
Календарь Простофили Вильсона

12 октября - день открытия Америки.
Замечательно, что Америку открыли, но было бы куда
более замечательно, если бы Колумб проплыл мимо.
Календари Простофили Вильсона

Эту ночь город провел без сна. Все только и обсуждали необычайные
события дня и ждали суда над Томом. Целыми толпами граждане шли петь хвалу
Вильсону, требовали, чтобы он произнес речь, и кричали до хрипоты, повторяя
каждую его фразу, ибо теперь все, что он говорил, ценилось на вес золота,
казалось чудом. Долгая борьба Вильсона с неудачами и предубеждением
кончилась, он стал знаменит.
В каждой группе восторженных обывателей, когда они покидали дом
Вильсона, обязательно находился хоть один совестливый человек, который робко
говорил:
- И вот такие, как мы, целых двадцать лет называли его простофилей!
Друзья, он освободил это место!
- Конечно, но оно уже занято: простофили-то мы!


Братья-близнецы снова были возведены в ранг героев, и репутация их
восстановлена. Но они устали от своих приключений на американском Западе и
тут же отбыли в Европу.
Сердце Рокси было разбито. Хотя юноша, которого она заставила двадцать
три года жить в рабстве, и обещал сохранить ей пенсию в тридцать пять
долларов, назначенную ей мнимым наследником, раны Рокси были слишком
глубоки, чтобы деньги могли их залечить; взор ее потух, статная фигура
утратила свою воинственную осанку, беззаботный смех умолк. Единственным
утешением Рокси стала теперь религия.
Подлинный наследник внезапно оказался богатым и свободным человеком, но
положение его было весьма затруднительным. Он не умел ни читать, ни писать и
говорил на том простом диалекте, на котором говорят только негры. Его
манеры, походка, жесты, смех - все было неотесано и грубо, все выдавало в
нем раба. А деньги и дорогое платье не могли исправить эти недостатки или,
тем более, скрыть их: наоборот, делали их еще более явными, а его - еще
более жалким. Бедный юноша замирал от страха, находясь в гостиной среди
белых, и чувствовал себя спокойно только на кухне. Пыткой было для него и
сидеть на родовой скамье Дрисколлов в церкви, а между тем "негритянский
балкончик", где можно было отдохнуть душой, оказался теперь для него
закрытым навсегда. Но мы не можем дальше заниматься его необыкновенной
судьбой - это отняло бы слишком много времени.
Мнимый наследник признался во всем и был приговорен к пожизненной
каторге. Но тут возникло одно осложнение. Имение Перси Дрисколла находилось
в таком плачевном состоянии после его смерти, что в свое время кредиторам
было предложено получить только шестьдесят процентов долгов, и им пришлось
согласиться. Зато теперь все кредиторы сбежались и подали жалобу:
поскольку-де была такая ошибка и мнимый наследник не числился среди
описанного имущества, значит по отношению к ним была совершена ужасная
несправедливость! Мнимый Том Дрисколл, по закону, должен был уже целых
восемь лет принадлежать им; они и так достаточно потеряли, оттого что были
лишены его услуг в течение столь долгого времени, и нельзя же требовать,
чтобы они терпели дальнейшие убытки. Если бы "Тома" выдали им в самом
начале, они бы продали его, и он не смог бы тогда убить судью Дрисколла, а
посему в убийстве судьи виноват не он, а виновата неправильная опись
имущества. И все согласились, что это логично. Все поддержали мысль, что,
будь "Том" белым и свободным, его бесспорно следовало бы наказать, поскольку
это не принесло бы никому убытка, но посадить за решетку на всю жизнь раба,
представляющего денежную ценность, - это уж совсем другое дело!
Как только губернатор уразумел, в чем тут суть, он сразу же помиловал
Тома, и кредиторы продали его в низовья реки.