«Гек» и «Янки» (1885—1889)

Выходу книги «Приключения Гекльберри Финна» предшествовала хорошая рекламная кампания, отрывки печатались в «Сенчюри», читатели заинтересовались, а критик Эдмунд Стедмен написал автору, что это — «настоящая литература». Под Новый год «Гека» легально напечатали в Лондоне и Торонто, в феврале 1885 года книга вышла в издательстве «Уэбстер и Ко». Луиза Олкотт, в марте потребовавшая изъятия «Гека» из библиотеки города Конкорд за «безнравственность», добавила рекламы. Было выпущено 30 тысяч экземпляров, через два месяца пришлось допечатать еще 10 тысяч, за год автор получил 54 тысячи долларов прибыли.

Сейчас роман о Гекльберри Финне стал классикой. К началу XXI века общий тираж романа исчисляется миллионами, он переведен на сто языков. Но сам автор не считал, что написал нечто исключительное: он ставил «Гека» ниже «Принца и нищего» и «Жанны д’Арк». Критики, хотя и оценили книгу очень высоко, тоже не сразу поняли, что она такое: долго сбивало с толку то, что она позиционировалась как детская. Лишь в 1913 году критик Менкен назвал «Гека» «одним из величайших мировых шедевров... как “Дон Кихот” или “Робинзон Крузо”». В 1941 году литературовед Причетт охарактеризовал роман как «первый американский шедевр», в 1950-м Лайонел Триллинг сказал, что это «одна из величайших книг в мире и один из важнейших документов американской культуры».

Но в 1885 году, сразу после выхода книги в американских газетах стали появляться негативные отзывы: «Мы имеем дело с приключениями весьма низкой нравственности, изложенными на грубом диалекте, с плохой грамматикой, непристойными выражениями, все это весьма неуважительно по отношению к читателям... Книги подобного рода годятся для трущоб, но не для приличного общества»; «Известному автору следовало бы прекратить наводнять наши дома и библиотеки недостойной продукцией. М-р Клеменс — крупный юморист, его ожесточенная сатира на человечество иногда бывает полезна и здорова, но кое-что в его работах идет вразрез со всеми благородными чувствами. М-р Клеменс не имеет понятия о том, что уместно и что неуместно. Достаточно прочесть отрывки в “Сенчюри”, чтобы понять, как омерзительна вся книга».

Твен раньше других понял, что лучше плохая реклама, чем никакой; кампании против «Гека» его не только раздражали, но и забавляли. Нападки на язык романа скоро закончились, но «наезды» на содержание не прекращались много лет: в 1905 году правление Бруклинской библиотеки запретило выдавать детям до пятнадцати лет романы Твена из-за «безнравственности».

Коммерческий успех «Гека» был велик, автор благодарил Уэбстера, возвел его в ранг полного партнера в фирме, а тот начал выкупать права на работы Твена у других издателей. И был уже на подходе следующий проект «Уэбстер и Ко»: мемуары генерала Гранта. Американский герой Гражданской войны к 1884 году был разорен и, чтобы помочь семье, заключил контракт с «Сенчюри» на издание мемуаров. С Твеном они впервые увиделись в конце 1867 года, в 1880-х более-менее познакомились; в ноябре 1884-го, узнав о бедственном положении генерала, Твен поехал к нему в Нью-Йорк. Выяснилось, что «Сенчюри» предлагает 10 процентов роялти, Твен упросил отдать рукопись ему, предложил условия: 70 процентов от прибыли, типографские расходы оплатит издатель из своей доли. 27 февраля 1885 года подписали договор. Грант умирал; надо было торопиться. Твен прислал стенографистку, сам приезжал по нескольку раз в неделю. Работал генерал быстро, обладал прекрасной памятью, писал, по оценке Твена, «просто, ясно, с тем полным отсутствием стиля, которое и есть наилучший стиль».

Благодаря правильно продуманной рекламной кампании, со слухами, с тщательно спланированными утечками информации о мемуарах Гранта, Америка вспомнила о великом генерале и прослезилась, репортеры с утра до ночи осаждали офис Уэбстера, о будущей книге писали все газеты мира. 27 июня Клеменсы уехали в Эльмиру, на следующий день Твена известили, что Грант хочет его видеть. Он примчался. Генерал был очень слаб, сидел, закутавшись в шаль, отдал издателю очередную порцию текста, сказал, что она, наверное, последняя. С тех пор Твен был с ним почти каждый день. 23 июля 1885 года Грант умер. Америка погрузилась в траур. Заказы на мемуары героя посыпались ливнем, типографии и переплетные мастерские работали в три смены. Вот только генерал Грант ее не увидит...

В конце августа семья съездила в Онтеору, курортно-дачное местечко в горах Кэтскилл близ города Таннервилль; основал его художник Кэндес Тербер Уилер, жили там в основном художники и писатели. 18 сентября вернулись в Хартфорд, 19 ноября Твен встречался с президентом Кливлендом, убеждал того пересмотреть закон об авторском праве (но безуспешно). Ему исполнилось 50 лет — первый юбилей, роскошный банкет, множество гостей, даже мэтр Холмс в его честь написал стихи. 1 декабря вышел первый том грантовских мемуаров, семья генерала получила 200 тысяч долларов (около четырех миллионов в пересчете на нынешние деньги) — то был максимальный единовременный платеж, какой когда-либо кто-либо получил за книгу. Но это было не все, тиража в четверть миллиона не хватило: только за 1886 год было продано 325 тысяч экземпляров. Сам Твен заработал около 200 тысяч, часть денег вложил в следующий издательский проект — жизнеописание папы Льва XIII.

В первые дни 1886 года Твен начал работать над фантастическим романом «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура», но то и дело отвлекался. Он продолжал борьбу за защиту авторских прав, вел громадную переписку (письма были большей частью бестолковые и бесполезные), замучился и нанял в секретари соседа, страхового агента Франклина Уитмора. Но главной заботой было издательство. После успеха книги Гранта решили продолжать тему Гражданской войны, в планах были мемуары военачальников Джорджа Макклеллана, Филипа Шеридана и Сэмюэла Уайли Кроуфорда. Были и другие проекты, прежде всего «Библиотека американского юмора» — антология, которую собирали Хоуэлс и Чарлз Хопкинс Кларк, директор «Ассошиэйтед Пресс», задумывалась также многотомная антология американской литературы. Кроме того, Уэбстер выкупил у обанкротившегося Осгуда права на «Принца и нищего», «Жизнь на Миссисипи» и «Украденного белого слона», издал их по два-три раза.

В издательстве все шло отлично, Твена больше волновала типографская машина Пейджа. Записные книжки того периода заполнены вычислениями будущих доходов, племяннику Сэму Моффету Твен говорил, что только для расчета прибыли понадобится десять человек. В январе приехали Пейдж и Хэмерсли, обсудили дела: изобретатель просил денег на дальнейшие усовершенствования, Оливия поддержала мужа, и было принято роковое решение заимствовать из ее капитала.

Конкуренты не дремали: Отмар Мергенталер из Балтимора создал аналогичную машину, которая потом получит название «линотип»: она не составляла строки из литер, а отливала их целиком, что резко повысило скорость работы. Линотип имел для каждой матрицы несколько типов шрифтов и давал возможность набрать газету полностью, с заголовками, объявлениями и т. д. Машина Пейджа могла делать то же на 60 процентов быстрее и с меньшим количеством брака. Но у нее были свои недостатки: дороговизна и частые поломки. Обе машины находились в стадии доработки, Мергенталер предложил купить друг у друга половину акций: кто бы ни победил, прибыль пополам. От предложения Твен отказался.

В это время Твен в политике становился все «левее»: пожизненный член Союза книгопечатников, он видел главную силу социальных преобразований в профсоюзах и 22 апреля 1886 года в «Вечере понедельника» произнес речь «Рыцари труда — новая династия» (впервые опубликована в 1957 году).

В июне Уэбстер встретился с Римским папой, подписали договор на издание мемуаров, стали готовиться к выпуску книги. В издательстве все шло своим чередом, продолжались поступления от мемуаров Гранта, к лету на счетах издательства находилось почти полмиллиона долларов. Твен хотел оставить в фирме 50 тысяч, остальное пустить на машину Пейджа и другие проекты, Уэбстеру удалось отстоять капитал в 100 тысяч.

В конце июня Клеменсы поехали в Кеокук повидать 84-летнюю Джейн, чье здоровье ухудшалось. Впервые семьи Ориона, Памелы и Сэмюэла собрались вместе, произошло примирение, пробыли две недели, праздновали 4 июля. В августе Твен наконец решился с убытком продать «Каолатайп компани». Осень в Хартфорде прошла в заботах, писать было некогда, только рассказ «Удача» (опубликован в 1891 году) об идиоте-англичанине, благодаря везению прослывшем героем Крымской войны. В начале 1887 года Пейдж опять попросил денег, Твен дал. Стоит отметить, что к тому времени конкуренты уже успешно продавали свои машины, «Чикаго трибюн» купила уже 23 линотипа. Мергенталер вновь предложил объединиться и был отвергнут.

Зимой 1887 года вышли мемуары папы Льва XII на шести языках. Но ожидаемого ажиотажа не возникло. Несмотря на ожидания издателей, католики всего мира не бросились скупать воспоминания своего главы. Хоуэлс предположил, что они вообще не любят читать. Вместо ожидаемого миллиона экземпляров едва удалось за несколько лет продать 90 тысяч. В планах был другой бестселлер — автобиография Генри Бичера, тот начал ее писать, получил аванс в пять тысяч и тут же умер (его наследники завершили книгу, она вышла в 1888 году, но продавалась плохо). К тому же в марте обнаружилось, что бухгалтер издательства Скотт украл 25 тысяч долларов.

Твен обвинял в неудачах издательства Уэбстера, хотя тот и старался. Дела «Уэбстер и Ко» шли плохо потому, что владельцы отстали от жизни. Подписной метод распространения был эффективен, пока Америка была сельской, — фермерам удобно, когда товар приносят на дом. В 1880-х люди в поисках работы перебирались в города, им было удобнее зайти в магазин и выбрать книгу. Спросом стали пользоваться дешевые книги в бумажных обложках — а Уэбстер по старинке выпускал роскошные, с гравюрами, переплетенные в кожу. И все же, несмотря ни на что, фирма к осени получила прибыль в 20 тысяч. Издали мемуары Кроуфорда, пару книг о Гражданской войне, книгу дипломата Коха о Турции, неплохо расходились «Легенды и мифы Гавайев», написанные гавайским королем Дэвидом Калакауа и отредактированные послом США Даггетом. В планах на будущий год — мемуары Шеридана, «Библиотека юмора»; большие надежды возлагались на 11-томную антологию американской литературы, которую составили журналисты Эдмунд Стедмен и Элен Хатчинсон: из твеновских вещей в нее вошли «Лягушка», фрагменты «Принца и нищего» и «Гекльберри Финна».

Всю осень Твен курсировал между Хартфордом, Нью-Йорком и Вашингтоном, где президент Кливленд приглашал к обеду и осыпал комплиментами, но с законом о копирайте не помогал. В Хартфорд приезжали гости — путешественник Стэнли, сын Диккенса с семьей — всех надо развлекать, работать опять некогда, к тому же мучили боли в правой руке. Зима прошла в разъездах: переговоры, обеды, в Нью-Йорке Твен стал членом основанного артистом театра Эдвином Бутом клуба «Актеры». Нервная весна: Пейдж клялся, что машина будет готова к 1 апреля — к тому времени инвестиции Твена уже превышали 80 тысяч, в издательстве все наперекосяк, Уэбстер слег, дела передали его помощнику Фреду Холлу, который был партнером в фирме с 1886 года. Твен восторгался Холлом: ему удалось сократить расходы, занимал деньги, крутился и за 1888 год издал, кроме книг Бичера и Шеридана, второй том гавайских легенд, лекции преподобного Натаниэля Бертона, поваренную книгу Александера Филиппини и сборник рассказов Уильяма ван Нортвика. Шеридан и юмористика продавались прекрасно.

Весь 1888 год Твен ждал, когда же машина Пейджа будет готова. К концу марта Пейдж работу не завершил, обещал к сентябрю. В апреле в Нью-Йорке Твен встречался со Стивенсоном, вместе ездили в Нью-Йорк; Стивенсон Твена обожал, Твен восхищался историей Джекиля и Хайда. На лето никуда не поехали. В июне Эдисон представил новую модель фонографа, Твен ему написал, прося прислать несколько аппаратов, был приглашен в лабораторию изобретателя, познакомился также с Николой Тесла, бывшим компаньоном Эдисона, занимавшимся опытами с электричеством, был очарован, дал тысячу долларов и, как считается, описал опыты Теслы в «Янки»; встречались потом и с Теслой и с Эдисоном много раз, но серьезных инвестиций Твен так и не сделал.

Пейдж в конце сентября заявил, что ему нужно еще три месяца. Твен предупредил, что дольше чем до 1 февраля ждать и платить не станет. Деньги таяли, начали продавать ценные бумаги, сократили домашние расходы и даже помощь матери Джейн Клеменс. Много денег уходило на врачей: Оливия мучилась тонзиллитом, Джейн становилось все хуже. Тон писем Твена того периода — раздраженный, злой; домашние предпочитали держаться от него подальше. В ноябре был на свадьбе знакомого, на следующий день писал другу детства Боуэну: «Брак и смерть одинаково долгожданны: первый обещает счастье, вторая его дает».

Чудо случилось 5 января 1889 года: машина Пейджа заработала! «Первое имя, набранное на ней, — Уильям Шакспер. Я набирал его около часа и теперь каждый раз, когда вижу его написанным, не пойму: я ли ошибся или ошибаются все?» Немедленно был куплен новый дом для матери; сын рассылал ликующие письма. Ориону: «Сегодня в 12.20, впервые за всю мировую историю, машина расположила интервалы в строке из подвижных литер и выровняла ее! И я присутствовал при этом. Все было сделано в одно мгновение, автоматически и безупречно! Это несомненно первая в мире строка из подвижных литер с безупречными интервалами и безупречно выровненная. Это была последняя операция, которую оставалось проверить, — так что самое удивительное и необычайное изобретение из всех, когда-либо зарождавшихся в человеческом мозгу, окончательно завершено».

Машина сломалась через два дня. Пейдж сказал, что на ремонт понадобятся четыре тысячи долларов и все будет в порядке, но через месяц новая поломка и он опять потребовал денег. Когда «наборщик Пейджа» работал, он был в шесть раз производительнее линотипа, но работал он от силы два-три дня в месяц, а остальное время простаивал. Твен, однако, был оптимистично настроен и к маю наконец завершил «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура».

В августе в гости приехал путешествовавший по Америке Киплинг, единственный современный Твену беллетрист, которого тот чтил, причем восхищение было взаимным. Твен: «Мы обсудили все на свете. Он знает все, что только можно знать; я — все остальное»; по воспоминаниям гостя, говорили о копирайте, автобиографиях и Томе Сойере. Проводив коллегу, хозяин работал над корректурой «Янки». Позже пришлось все бросить и ехать в Хартфорд: Пейдж вновь не выполнил обещание доделать машину. Твен решил построить фабрику и передать производство в другие руки. Предложил изобретателю новый контракт, по условиям которого сам единолично контролировал бизнес. Тот запросил отступные: 160 тысяч и еще 25 тысяч ежегодно. Таких денег у Твена не был, он попытался найти инвесторов, но безуспешно.

«Янки» вышел в декабре 1889 года, в шикарном переплете, богато иллюстрирован, продавался в Штатах отлично и получил прекрасную прессу (помимо прочих достоинств, это был один из первых американских фантастических романов). Но Англия — другое дело. «Чатто и Уиндус» просили отредактировать текст, чтобы он не был оскорбителен для англичан. Твен отказался, угрожая издать книгу за свой счет: британцы писали об Америке гадости, «пора в свою очередь и им проявить мужество и выслушать кое-что о себе». Издательство уступило, но англичане не проявили мужества, рецензенты называли роман клеветническим, стали ругать и прежние работы Твена, которые ранее превозносили: они-де нравятся только необразованным людям и не являются произведениями высокого искусства.

Читать дальше

Обсуждение закрыто.