Заметки для «Территориэл Энтерпрайз» (1862—1864 гг.)

В становлении литературного мастерства Сэмюэла Клеменса сложно переоценить время работы журналистом с 1862 по 1863 год. Это время — расцвет его журналистской карьеры в редакции «главной газеты рудничных посёлков Невады и значительной части Калифорнии»1. К тому моменту газета Вирджинии-Сити «Территориэл Энтерпрайз» существовала почти четыре года и уже успела приобрести известность: «Территориэл Энтерпрайз несомненно была самой яркой, хотя и не самой заслуживающей доверия газетой на Американском континенте»2. Издание возникло в то время, когда американская журналистика переживала волну значительных перемен. В первую очередь речь идёт о повсеместном развитии массовой прессы при стремительной урбанизации и увеличении городского населения. Приблизительно с 30-х гг. XIX в. газета больше не воспринималась как прерогатива духовной элиты, а её роль не сводилась к тому, чтобы быть «школой и учителем читающей публики»3. Всё было наоборот: во время знаменитой Золотой лихорадки, в эпоху бурного развития фермерского хозяйства и промышленности как никогда возросла потребность в точной и представляющей практическую ценность информации. Стремительное развитие новостных жанров также было обусловлено технологическими изменениями (новый печатный станок, производство дешёвой бумаги) и развитием телеграфной сети.

Пресса стала более доступной, а качественный состав её аудитории значительно расширился. Так как читателем газеты теперь мог быть любой человек, её содержание должно было удовлетворять различные потребности — информирование, аналитический прогноз, развлечение.

О принципиально новом отношении к делу свидетельствует, например, такое откровение редактора «Территориэл Энтерпрайз» Джозефа Гудмана: «Мы можем снабжать людей новостями, но мозгами — нет. Это может сделать только время»4. Намёк на недостаток сообразительности читателей здесь далеко не случаен. У «Территориэл Энтерпрайз» была конкретная целевая аудитория, информационные потребности которой газета была призвана удовлетворять. Вирджиния-Сити — город шахтёров, одна из сцен, на которой разыгрывалось действо захватившей американцев «серебряной лихорадки». По сути, это поселение и его горнодобывающая промышленность становились синонимами. Соответствуя своему названию, газета стремилась стать гидом для старателей — каждый её номер в той или иной степени содержал информацию о рудниках. По образному определению О. Льюиса, это была «журналистика шахтёрского городка»5, возникшая как неизбежное порождение этого уникального времени.

Как отмечает американская исследовательница журналистики Ш. Фишкин, после гражданской войны в США определилось два направления в работе журналистов: «Устремление к большей точности» и «устремление к значительным выдумкам и гиперболизации»6, что, безусловно, повлияло на Сэмюэла Клеменса, который усвоил тенденцию к ясной и точной подаче фактов, но вместе с тем и потребность аудитории в развлечении со страницы газетной полосы. С одной стороны, «Территориэл Энтерпрайз» была респектабельным изданием «с самым высоким тиражом от Чикаго до Сан-Франциско»7, с другой — на её страницах не было композиционного и стилистического единообразия, что позволило охарактеризовать газету как «попурри из различных голосов, стилей и форм»8. Это относится и к другим изданиям западных штатов. В «Дейли Альта Калифорния» (Daily Alta California) наряду с новостями публиковались, например, произведения Р.У. Эмерсона. Кроме того, в этой газете в 1861—1870 гг. была постоянная рубрика «Развлечения» (Amusements).

В «Пэсифик Эпил» (Pacific appeal; Сан-Франциско) и «Ред-Блафф Бикэн» (Red Bluff Beacon) читателям предлагали постоянный раздел поэзии, причём в последней газете стихи выходили на первой полосе.

Раннее творчество Сэмюэла Клеменса, впитавшее литературные традиции Запада, оказалось неизбежно связанным с юмористической стихией. Очень часто в пределах одного его произведения можно встретить любопытный симбиоз серьёзного и комического. Однако, получив работу штатного новостного корреспондента в перспективной газете Джозефа Гудмана, Сэмюэл Клеменс осознавал, что какое-то время придётся работать только с фактами, не прибегая к помощи любимой им фантазии.

Уже в начале 60-х гг. возникли прообразы новых стандартов подачи информационных сообщений. Например, композиция некоторых новостей предполагала, что ответы на вопросы «Что?», «Где?», «Когда?» будут в самом начале, затем последует дополнительная информация, детали («Почему?», «Зачем?», «Как?»). Позднее, в конце XIX века, этот формат получил еще более широкое распространение, а после Первой мировой войны за ним «закрепился» постоянный термин — «перевёрнутая пирамида» (англ. inverted pyramid)9.

Пожалуй, основной характеристикой журналистского творчества Сэмюэла Клеменса за время работы в газете рудников станет утверждение, что у него было множество жанров. Редко придерживаясь строгой композиции даже в пределах одного сообщения, Сэмюэл Клеменс (а позднее — Марк Твен) предпочитал разнообразие композиции и стиля из номера в номер, на протяжении почти шести лет работы для издания. А.С. Ромм писала: ««Факт» для Твена понятие далеко не однозначное и в нём есть разные оттенки, хотя в большинстве случаев все они означают знание жизни, основанное не на фантазиях, а на личном опыте»10.

Материалы Сэмюэла Клеменса для «Территориэл Энтерпрайз» можно разделить на несколько групп. Во-первых, это «Колонка местных новостей» (Local Column), выходившая практически в каждом номере (к сожалению, до нас дошли далеко не все оригинальные тексты; тем не менее их количество достаточно для исследования). Во-вторых, нельзя обойти вниманием серию выдержанных в сдержанной протокольной манере репортажей под постоянным заголовком «Заседания законодательных органов» (Legislative proceeding). В-третьих, с февраля 1863 г. Сэмюэл Клеменс становится корреспондентом газеты в Карсон-Сити; из столицы Невады журналист присылает серию писем (Letters from Carson city); позже — отправляет сообщения из Сан-Франциско (San Francisco Letter). В-четвёртых, отдельные новостные заметки на самые разнообразные темы, выходившие, как правило, без подписи. Особый интерес представляют те из них, которые только казались информационными сообщениями, таковыми не являясь (журналистские мистификации), а также розыгрыши, в духе юмора Дикого Запада, не скрывавшие своих развлекательных целей.

Несмотря на название, «Колонка местных новостей» Сэмюэла Клеменса (псевдоним Марк Твен появится 3 февраля 1863 года) представляла читателям далеко не только новости. Мысли и эмоции автора также играли немаловажную роль в придании им особого колорита.

Первое, на что сразу же стоит обратить внимание, — это отсутствие композиционного единства. Такая колонка могла ограничиваться одним-единственным сообщением (например, множество «мини-колонок» вышло в январе 1863) или же включать девять самостоятельных, не связанных единой мыслью новостей (колонка от 30—31 декабря 1862 г.).

Помимо различного объёма, основной их характеристикой является эклектичность. С первых же дней работы в газете журналисту сложно было удержаться в строгих границах точных фактов и цифр, что доказывают его местные новости, чрезвычайно разнообразные как в содержательном, так и в стилистическом плане. Обратимся к подробному анализу одной из первых его работ для «Территориэл Энтерпрайз». Перечислим для начала заголовки: «Наши замечания об акциях» — «Отдел народного образования» — «Поваленные ветром» — «Дома» — «Школа» — «Печальное происшествие» — «Захватывающий роман» — «Почти пожар» — «Частная вечеринка»11. Уже по одним названиям можно приблизительно представить список тем, которых касался журналист: это заметка об организации Комитета по вопросам образования и открытии школы, несколько новостей о природных катаклизмах, традиционное для журналистики того времени сообщение о бале и, наконец, то, о чём мы уже упомянули — «не совсем новости» («Наши замечания об акциях», «Захватывающий роман»).

Первые строчки колонки с новостями могут оставить читателей в недоумении: «Учитывая тот факт, что наш биржевой репортёр посетил прошлым вечером свадьбу, наш утренний отчёт о сделках в этой отрасли грабежа и спекуляции не так всеобъемлющ и хорош, как это обычно бывает»12. С тем, что такая фраза непривычна для начала новостного сообщения, сложно не согласиться. Продолжение оказывается ещё более неожиданным: «Несколько сделок были заключены в кольцах и кружевной вуали, в цифрах, высоких и очаровательных»13. Продолжение «отчёта» корреспондента — бессвязный текст, трудно поддающийся переводу на русский язык. Он построен на комическом сочетании деловой лексики и описания свадьбы от лица пьяного человека. «Заметка» обрывается на полуслове: «Мы уже упоминали вчера, что Отче наш, сущий на небесах. Ссылка к цитате потеряна, а сейчас я ложусь спать»14. Совершенно абсурдный для информационной журналистики текст. Р. Паурс замечал, что «Сэм развеивал свою скуку тем, что превращал колонку в пародию на жанр»15. Но здесь мы не стали бы говорить о пародии применительно ко всей колонке, ведь дальнейшие сообщения выдержаны Сэмюэлом Клеменсом в строгих новостных рамках.

Посмотрим на следующую заметку в той же колонке: «В соответствии с законом, который был принят на последнем заседании законодательного собрания, в каждом из семи округов будет организован Комитет по вопросам образования. Комитет округа будет состоять из семи членов, распределённых следующим образом: четыре из Вирджинии, два из Гоул Хилл и один из Флауэри. Председателем Комитета будет Школьный Инспектор Округа Стори. Эти чиновники будут иметь право выпускать обязательства, достаточные для того, чтобы оплачивать школьные расходы, с первого января по первое ноября; учреждать школы всех уровней, нанимать и экзаменовать учителей и т. д.»16. Как видим, перед нами информационная заметка в сдержанном стиле, посвящённая важному событию в жизни округа. В отличие от писем-корреспонденций Марка Твена, здесь даже отсутствует местоимение «мы», которое хоть как-нибудь намекало бы на присутствие автора в тексте.

Стиль последующего короткого сообщения «Поваленные ветром» (Blown down) не так официален, хотя перед нами также вполне реальная новость о природном происшествии. «Вчера на закате ветер начал дуть с такой силой, перед которой тайфун просто ерунда, и в скором времени небеса были заслонены огромными тучами пыли, вперемешку с досками, черепицей, собаками и прочей всячиной»17. Заметим, что практически каждое произведение Сэмюэла Клеменса для «Территориэл Энтерпрайз» обращает на себя внимание «стилем регионального журналистского письма»18, о чём писал Д. Андервуд. В описании жизни этого небольшого города старателей и предпринимателей чувствовался какой-то особенный дух сплочённости. При чтении большинства заметок создается ощущение, что Сэмюэл Клеменс знает почти всех жителей по именам: «Новый каркасный дом Томаса Мура на восточной стороне улицы С, выше здания суда, был повален, и фасад противопожарной стены одного одноэтажного кирпичного здания ещё выше по улице был также повален на землю. Последний дом был занят магазином мистера Хелдмана и находился в собственности мистера Фелтона»19.

Д. Андервуд отмечает, насколько опыт работы Марка Твена в провинциальной журналистике был важен для последующего творчества писателя: «Твен никогда бы не приобрел статус литературной знаменитости, если бы он не усвоил тон регионального письма, и он, может быть, никогда бы не приобрел уверенность, чтобы усовершенствовать свои литературные таланты, если бы его ранние пробы пера в журналистике не были восприняты с таким энтузиазмом читателями газеты этого маленького городка»20. Новостные сообщения, в которых «мелькали» лица города, создавали особую доверительную и дружелюбную атмосферу: «За некоторое время ураган достиг большой силы, и мы не будем удивлены, услышав о дальнейших разрушениях, причиной которых он послужил. Ущерб, причинённый бакалейному магазину мистера Хелдмана, можно оценить в 2200 долларов»21. Обратим особое внимание на последнюю фразу: практический коммерческий дух, разумеется, не мог обойти и журналистов Вирджиния-Сити — множество заметок и корреспонденций Сэмюэла Клеменса заканчивались схожим образом, и остаётся только догадываться, каким образом журналисту удавалось производить такие точные расчёты.

О том, что основным принципом «Местных новостей» оставалось желание свободы в изложении материала, свидетельствует хотя бы тот факт, что информация на схожие темы никак не группировалась в блоки, логика в следовании тем отсутствовала. Так, после повествования об учреждении Комитета по вопросам образования — информация о поврежденных постройках после урагана, а всего через несколько абзацев опять появляется новость на школьную тему («Школа»). Сообщения о природных катаклизмах разбросаны по всей колонке, следуя не последовательно, а через материал, причём не всегда эту другую заметку можно отнести к журналистике.

Например, между сообщениями о природных аномалиях («Печальное происшествие») и пожаре («Почти пожар») видим текст весьма необычного содержания: «Сегодня на нашей первой странице будут размещены первые главы захватывающей истории под названием «Акт о внесении поправок и дополнений к Акту обеспечения оценки сбора дохода в округе и Территории». Этот замечательный рассказ был написан специально для колонок этой газеты несколькими выдающимися авторами. Мы обеспечили дальнейшее производство материалов такого рода, за большие деньги, и планируем публиковать их регулярно. Наши читатели согласятся с нами, что это сильно поспособствует их пользе от чтения и сохранению этих документов»22. Тон повествования не оставляет сомнений, что это шутка. На иронию намекает само название — «Захватывающий роман». Это выглядит так, будто Сэмюэл Клеменс уставал от нудного перечисления достоверных подробностей, время от времени позволяя себе безобидную игру с читателями. А принимая во внимание тот факт, что самые первые строчки этой колонки не что иное, как юмореска, можно прийти к выводу, что сочетание «бурлящей американской юмористики»23 и беспристрастной информационной заметки становилось правилом. Журналист таким образом будто пытался «разбавить» скучное повествование.

Иногда вольная игра с фактами заходила слишком далеко. Так, в одной из самых первых своих информационных колонок Сэмюэл Клеменс размещает сообщение «Беды с индейцами на пути переселенцев на Запад», которое следовало после вполне стандартной заметки «Буря». На первый взгляд «Беды с индейцами» — детальная корреспонденция о нападении на караван с переселенцами-пионерами. Сдержанная протокольная манера изложения, множество скрупулёзно изложенных фактов и автор, тщательно скрывающийся за массой подробностей и статистических данных, казалось бы, убеждают нас в этом: «Имена убитых в групповой драке: Чарльз Булвинкль из Нью-Йорка, Уильям Моатс, Гео, Адамс и Элизабет Адамс и ещё три человека, имена которых ваш корреспондент забыл. Днём выживших догнал караван из 111 фургонов, который доставил их в Гумбольдт»24. Во второй части корреспонденции её тон незаметно меняется — уже можно уловить иронию: «Вскоре после того, как пострадавшие в схватке, о которой шла речь выше, присоединились к большому поезду, он был также подожжён ночью партией индейцев-снейков, но последние, обнаружив довольно тёплый приём, отступили, не сняв скальп»25. Кроме того, Сэмюэл Клеменс использует здесь приём, ставший примечательной особенностью его последующих журналистских мистификаций — предоставляет излагать информацию безымянному рассказчику. Вначале о нём сказано предельно просто — «человек из округа Стори, штат Айова». Но слова в конце проливают не больше света на его личность — «наш информатор» («our informant»). Учитывая массу подробностей о «сражении», включая точное количество переселенцев и продолжительность атаки («когда последовала борьба, продолжавшаяся сорок восемь часов...»), это невнимание к фигуре рассказчика кажется странным. На наш взгляд, это был хитрый способ автора отстраниться от содержания сообщения, в то же время поразив читателей сенсацией.

Упоминание фигуры безымянного очевидца станет приметой стиля Сэмюэла Клеменса и в настоящих информационных корреспонденциях. Так, сообщая о том, что в новом здании суда26 первый этаж будет отведён для Окружных судов Соединённых Штатов, а второй — разделён на офисы и Суд по делам о наследстве, он ссылается на догадки неизвестной личности: «Один джентльмен проинформировал нас вчера, что было намерение избавиться от разделения, но он не мог быть уверенным в этом»27. Или, например, в полушутливой заметке о дорогостоящем судебном разбирательстве за право владеть свиньями («Высокие цены на свинину» / «High price of pork») — «От джентльмена, который сегодня присутствовал на процессе, мы узнали, что перед судом предстало около тридцати свидетелей, среди них одна женщина»28. По образной характеристике Д. Андервуда, это было «искусством по написанию полуправдивых статей, которые развлекали читательскую аудиторию, состоящую из шахтёров и хулиганов»29.

Рассуждения об истинных целях этой корреспонденции могли бы остаться только в области предположений, если бы нам не удалось найти чистосердечные признания самого Сэмюэла Клеменса: «Я обнаружил один фургон, который направлялся в Калифорнию, и навёл необходимые справки у владельца. Когда я узнал, что на следующий день его не будет в городе, чтобы поднять шум, я обошёл все газеты, записав список имён и добавив его группу к убитым и раненым. Предоставив себе здесь больше простора, я подвергнул этот фургон бою с индейцами, который ещё не имел аналогов в истории»30.

В третьей главе мы подробнее остановимся на проблеме взаимодействия вымысла и факта в журналистских мистификациях Марка Твена, то есть в фантастических газетных сообщениях, которые он выдавал за правду. Но если такие известные мистификации, как «Окаменелый человек» (1862) или «Кровавая резня вблизи Карсон-Сити» (1863) были размещены на газетной полосе как отдельные сообщения, то в приведённом примере нам важно было подчеркнуть непосредственное композиционное соседство двух различных дискурсов, объединённых общим информационном заголовком. Безусловно, это значительно увеличивало шансы розыгрыша, если его конечной целью было одурачить аудиторию.

Преобладающим жанром «Колонки местных новостей» становится новостная заметка, хотя встречаются репортажи (например, «Оздоровительный бал», колонка от 10.01.1863), а также с завидной регулярностью появляются развёрнутые отчёты о состоянии шахт, рудников и поиске новых местонахождений. Прекрасно разбираясь в деле, Сэмюэл Клеменс приводит точные технические характеристики участка, отведённого под разработку недр. И несмотря на высказывания некоторых биографов о том, что Марк Твен в «Энтерпрайз» не любил писать репортажи, которые требовали точных фактов и цифр», и «ненавидел чистые факты»31, журналист описывал расположение и мельчайшие детали в строении шахт и рудников с упорством исследователя: «В нижней части ската пласт образует приблизительно десять футов в ширину, имеет залежи голубой глины, и хорошо очерчен; из него было извлечено внушительное количество кварца; который выглядит точно, как Офир [название фирмы. — прим. автора работы] третьей или четвёртой категории, но добыча его некоторое время не принесёт дохода, несмотря на то, что отборные экземпляры оценены в девяносто два доллара за тонну»32.

Практически в каждой заметке Сэмюэла Клеменса на схожую тему чувствуется коммерческий подход. Ему важно всему определять цену, делает это он с точностью до доллара. В короткой заметке «Луа Энн» так или иначе о доходах и прибыли упоминается не менее пяти раз. Это логично, ведь речь идет об открытии залежей ценных металлов.

Факты, представленные «в денежном эквиваленте», будут появляться в газетных материалах самого разнообразного содержания: сообщение об урагане завершается подсчётом убытков бакалейщика, пространное «ленивое» описание Оздоровительного бала удивляет «динамичным» окончанием — «Чистые доходы от бала будет подсчитываться, но они несомненно достигнут крайне внушительной суммы — скажем, 400 долларов»33. Ну и, конечно, нельзя обойти вниманием такую фразу Сэмюэла Клеменса: «Мы не заинтересованы в том, чтобы навязывать своё мнение по этому вопросу, пока кто-то не будет расположен заплатить нам за это»34. Одним словом, дух американского предпринимательства времён Серебряной лихорадки давал о себе знать.

Выше мы рассматривали «Колонку», которая начиналась с пародии на новостной жанр (заметка-шутка от лица пьяного корреспондента «Наши замечания об акциях»). Это не было случайностью, а намеренным ходом Сэмюэла Клеменса — вероятно, таким образом он хотел сразу же привлечь внимание читателей. Стоит только сказать, что несколько других его «Местных новостей» начинались с отчёта о поведении, пристрастиях и образе жизни «колоритной личности» — мистера Ненадёжного! Этот вымышленный персонаж, судя по всему, прекрасно чувствовал себя в окружении реальных новостей о котировках акций, повышении цен на зерновые и организации очередного благотворительного бала. Ведь появлялся он из номера в номер, бросая вызов журналистским стандартам.

Иногда Сэмюэл Клеменс избавлял себя от необходимости размышлять, как в очередной раз примерить факт и вымысел, оставляя для полёта своей фантазии целую колонку. Так, 8 января 1863 г. жители Вирджинии-Сити получили «новости» следующего содержания: «Мы страдаем от Семилетней чесотки в течение многих месяцев. Возможно, это самая невыносимая болезнь в мире. Это заразно. Страшно смотреть на страдания такого человека; нет лекарства от этого болезненного состояния — всё должно идти своим чередом; передышки для жертвы нет <...>»35. На самом деле, эта «новость» была плодом воображения автора. Марк Твен любил вступать в своеобразную игру с читателями, и часто его шутки были реакцией на произошедшие раньше неприятные события. На вымысел в этом газетном сообщении намекает столь не характерный для Сэмюэла Клеменса высокопарный тон, а окончательное подтверждение нашей гипотезы мы находим в монографии Р. Паурса: «Сэм представил фиктивные репортёрские «заметки» <...> Спустя неделю, после того как его шляпу стащили на балу Чудаков в Голд Хилл, он угрожающе объявил в колонке, что страдает от чесотки»36.

И одним из главных принципов подачи информации в «Колонках» Сэмюэла Клеменса была непредсказуемость её содержания. Так, наряду с забавными развлекательными скетчами могла появиться актуальная и действительно ценная информация: «Мистер Вм.Л. Кард из Силвер-Сити, изобрёл что-то вроде адской машины, которая с помощью электричества вращает мельницы для кварца. Она состоит из колёс и так далее, и тем не менее мы не можем описать её, не путаясь. Мистер Кард заверил нас, что его изобретение может быть полезным для всех мельниц в Силвер-Сити...»37.

Содержание отдельных новостных заметок Сэмюэла Клеменса практически не отличалось от тем, поднятых в «Колонках местных новостей». Это все те же пространные описания шахт («Испанская шахта»), заметки о поиске новых местонахождений и полезных ископаемых («Залежи серы», «Серебряные слитки — каким образом испытаны»38 и др.).

Обычно отдельно печатались расширенные корреспонденции о криминальных происшествиях. Жизнь на Западе в то время была непредсказуемой и опасной, поэтому Сэмюэлу Клеменсу не всегда приходилось выдумывать сенсационные происшествия, для того чтобы поразить читателей. Заголовок самого первого его материала для «Территориэл Энтерпрайз» (точное авторство нескольких других более ранних заметок ещё не подтверждено39) говорит сам за себя — «Ещё один невинно погибший». В ней идёт речь о потасовке между двумя головорезами, в которой был случайно убит неповинный человек. Сэмюэл Клеменс с точностью передает слова собеседника. В данном случае показания присяжных. Отметим, что в отличие от большинства полушутливых заметок (некоторые, благодаря позднейшим признаниям самого журналиста, можно назвать журналистскими мистификациями), в серьёзных сообщениях автор всегда называет свидетелей или очевидцев по именам, часто определяя их положение и должность. Впрочем, и здесь ему сложно придерживаться одного правила: вспомним хотя бы знаменитую «Кровавую резню вблизи Карсон-Сити», где с самых первых слов нам был представлен «очевидец» — Абрам Карри из Карсон-Сити.

Наконец, отметим ещё одну интересную особенность журналистики в «Территориэл Энтерпрайз». Р. Паурс в своей книге о Марке Твене образно охарактеризовал коллективный дух такой американской газеты, как «журналистская контркультура». «Журналистская контркультура сплотилась в «Энтерпрайз» и сочинила экспромтом литературные срочные новости, которые уловили крепнущий голос самоопределившейся Америки»40. В этой витиеватой фразе главным для нас является сочетание двух различных речевых пластов в одном определении. Журналистика существовала в своеобразном симбиозе с формами словесности фронтира. Установка на объективность была важной, но не единственной. Процветал жанр небылицы (англ. «tall-tale»,) изначально имеющий устную природу41. Здесь принципиально то, что в игру вовлечён не только автор, но и слушатели. А также близкий небылице по духу розыгрыш (англ. «a practical joke»). Видимо, для редактора «Территориэл Энтерпрайз» было вполне естественно, что строгие информационные заметки Сэмюэла Клеменса непредсказуемо чередовались с юмористическими вещами, главная цель которых — развеселить себя и публику. «Контркультура» журналистов выражалась ещё и в том, что многие авторы любили подшучивать друг над другом прямо со страниц газеты, представляя читателям свои весёлые баталии.

Например, Сэмюэл Клеменс достаточно регулярно обменивался колкостями со своим коллегой и близким другом Дэном де Квиллом (псевдоним Уильяма Райта). В апреле 1864 года приблизительно в одно и то же время появились их «новостные заметки». «Устрашающий инцидент с Дэном де Квиллом» («Frightful accident to Dan de Quille») в причудливых выражениях описывал падение Де Квилла с лошади — предполагалась, что это создаст комический эффект. Такие розыгрыши почти полностью построены на приёме буффонады. В утрированном ключе высмеивались внешние несуразицы и конфузные положения — нестыковки, драки, ссоры, падения... Признаем, что такой юмор не отличался утончённостью, хотя иногда Сэмюэл Клеменс использовал языковую игру. Например, морскую лексику: Дэн «развернулся на якоре» («he was swinging»), «колено левого борта» («larboard knee»), «рудерпост противника» («rudder-post of the adversary») и т. п. Ответ не заставил себя долго ждать: в том же месяце вышла заметка де Квилла «Марк Твен берёт урок мужественного искусства» (речь идёт о боксе), написанная в подобном же ключе: «С наступлением темноты он рискнул продолжить, имея нос, раздувшийся до размера нескольких портерных бутылок (огромный, воспалённый и мясистый потрёпанный нос), чтобы получить совет по поводу его ампутации»42.

Итак, рассмотрев материалы Сэмюэла Клеменса, выходившие из-под его пера в газете «Территориэл Энтерпрайз», мы пришли к нескольким выводам. Самый главный из них заключается в том, что американская журналистика западных штатов в середине девятнадцатого века, несмотря на интенсивное развитие массовой прессы, была ещё далека до этических стандартов, которые будут сформулированы в следующем столетии. Именно в 60-х гг. XIX в. впервые был введён принцип отрывистой лаконичной подачи информации, что, однако, не мешало журналистам развлекать читателей шутками со страниц той же газетной полосы. Как отмечал Д. Андервуд, «Американские газеты <...> включали заурядные статьи и народный юмор, бессистемные новостные сообщения и напыщенные, чересчур сентиментальные сочинения <...>»43.

«Колонки местных новостей» Сэмюэла Клеменса часто начинались не новостью, а юмористической зарисовкой. Но если даже было наоборот, так или иначе развлекательный элемент присутствовал в них всегда. Композиция колонок была хаотичной: сообщения не делились на логические блоки, а новости на схожую тему могли преподноситься по-разному: сдержанная заметка о реальном судебном разбирательстве или полушутливый отчёт о тяжбе двух владельцев свиней.

Установка на передачу точных фактов и стремление к вымыслу существовали параллельно друг другу. И даже несмотря на то, что «Колонки» могли содержать самые настоящие мистификации, то есть фиктивные новости, выдаваемые за правду, Сэмюэл Клеменс параллельно виртуозно работал с фактами, деталями и точными цифрами.

Примечания

1. «...the premier newspaper of the mining camps of Nevada and much of California». Nelson J. Mark Twain / Connery T.B. A Sourcebook of American Literary Journalism: Representative Writers in an Emerging Genre. New York: Greenwood Press, 1992. P. 42.

2. «The Territorial Enterprise was easily the liveliest, if not exactly the most reliable newspaper on the American continent». Powers R. Mark Twain. A life. New York, London, Toronto, Sydney: Free press, 2005. P. 117.

3. Ibid.

4. ««Nonsense», replied Goodman. «We can furnish the people with news, but we can't supply them with sense. Only time can do that»». Paine A.B. Mark Twain: A biography, the personal and literary life of Samuel Langhorne Clemens. New York, 1912. P. 231.

5. «Mining town journalism». Oscar L. The life and times of the Virginia City Territorial Enterprise: being reminiscences of five distinguished Comstock journalists. Ashland: Lewis Osborne, 1971. P. 3.

6. «The push toward greater accuracy» and «the push toward greater extravagance and fabrication». Fishkin S.F. From fact to fiction: Journalism and imaginative writing in America. Baltimore: Johns Hopkins University Press edition, 1985. P. 56.

7. «...the largest circulation of any paper between Chicago and San Francisco». Ward G. Duncan D. Burns K. Mark Twain. An illustrated biography. New York: Alfred A. Knopf, 2001. P. 38.

8. Fishkin S.F. From fact to fiction: Journalism and imaginative writing in America. Baltimore: Johns Hopkins University Press edition, 1985. P. 57.

9. Rabe R.A. Inverted pyramid // Encyclopedia of American journalism / Ed. Vaughn S.L. Routhledge: New York, London, 2008. P. 224.

10. Ромм А.С. Марк Твен. М.: Наука, 1977. С. 29.

11. «Our stock remarks» — «Board of education» — «Blown Down» — «At home» — «The School» — «Sad accident» — «Thrilling romance» — «Fire almost» — «Private party».

12. «Owing to the fact that our stock reporter attended a wedding last evening, our report of transactions in that branch of robbery and speculation is not quite as complete and satisfactory as usual this morning». Local Column. Territorial Enterprise (December 30—31, 1862) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 176.

13. «Some few transactions have occurred in rings and lace veils, and at figures tall, graceful and charming». Ibid. Эта заметка Марка Твена во многом построена на игре слов. Английское выражение «at figures» означает как способность к математике, так и хорошо сложенную женщину.

14. «We mentioned yesterday that our Father which art in heaven. Quotations of lost reference, and now I lay me down to sleep». Ibid.

15. «Sam indulged his ennui by turning the column into a spoof of the genre». Powers R. Mark Twain. A life. New York, London, Toronto, Sydney: Free press, 2005. P. 113.

16. «In accordance with a law passed at the late session of the legislature, a Board of Education is to be organized in each of the several counties. The Storey county Board will be composed of seven members, apportioned as follows: Four from Virginia, two from Gold Hill, and one from Flowery. The Chairman of the Board will be County School Superintendent. These officers will have power to issue bonds sufficient to defray the expenses of the schools, from the 1st of January until the 1st of November; to establish schools of all grades, engage and examine teachers, etc». Local Column. Territorial Enterprise (December 30—31, 1862) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 176.

17. «At sunset yesterday, the wind commenced blowing after a fashion to which a typhoon is mere nonsense, and in a short time the face of heaven was obscured by vast clouds of dust all spangled over with lumber, and shingles, and dogs and things». Ibid.

18. «The tone of regional writing». Underwood D. Journalism and the Novel. Truth and fiction, 1700—2000. New York: Cambridge University press, 2008. P. 90.

19. «Thomas Moore's new frame house on the east side of C street, above the Court House, was blown down, and the fire-wall front of a one story brick building higher up the street was also thrown to the ground. The latter house was occupied as a store by Mr. Heldman, and owned by Mr. Felton».

20. «Twain would never have ascended to the status of literary celebrity without the tone of regional writing that he drew upon, and he might never have developed the confidence to stretch his creative talents if he hadn't found his early efforts in journalism so enthusiastically greeted by his small-town newspaper audiences». Underwood D. Journalism and the Novel. Truth and fiction, 1700—2000. New York: Cambridge University press, 2008. P. 5.

21. «The storm was very severe for a while, and we shall not be surprised to hear of further destruction having been caused by it. The damage resulting to Mr. Heldman's grocery store, amounts to $2200».

22. «On our first page, to-day, will be found the opening chapters of a thrilling tale, entitled «An Act to amend and supplemental to an Act to provide for Assessing and Collecting County and Territorial Revenue.» This admirable story was written especially for the columns of this paper by several distinguished authors. We have secured a few more productions of the same kind, at great expense, and we design publishing them in their regular order. Our readers will agree with us that it will redound considerably to their advantage to read and preserve these documents».

23. Ромм А.С. Марк Твен. М.: Наука, 1977. С. 42.

24. «The names of those killed in the affray are as follows: Charles Bulwinkle, from New York; William Moats, Geo. Adams and Elizabeth Adams, and three others whose names our informant had forgotten. The survivors were overtaken on the afternoon by a train numbering 111 wagons, which brought them through to Humboldt». Local Column. Territorial Enterprise (October 1, 1862) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 390.

25. «Shortly after the sufferers by the fight recorded above had joined the large train, it was also fired into in the night by a party of Snake Indians, but the latter, finding themselves pretty warmly received, drew off without taking a scalp». Ibid.

26. Local Column. Territorial Enterprise (January 10, 1863) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 185.

27. «A gentleman informed us yesterday that he thought the intention was to remove the partition, but he could not be positive about it». Ibid.

28. «We learn from gentlemen who were present at the trial to-day, that there were about thirty witnesses on the stand, and one of them a woman». Local Column. Territorial Enterprise (January 11—21, 1863). The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 401.

29. «...The art of writing half-truthful articles to entertain his audience of miners and roughnecks». Underwood D. Journalism and the Novel. Truth and fiction, 1700—2000. New York: Cambridge University press, 2008. P. 85.

30. «I found one wagon that was going on to California, and made some judicious inquiries of the proprietor. When I learned... that he... would not be in the city the next day to make trouble, I got ahead of the other papers, for I took down his list of names and added his party to the killed and wounded. Having more scope here, I put this wagon through an Indian fight that to this day has no parallel in history». Ward G. Duncan D. Burns K. Mark Twain. An illustrated biography. New York: Alfred A. Knopf, 2001. P. 38.

31. «On the Enterprise he disliked writing reports which demanded exact facts and figures; he hated «solid facts»». Bellamy G. Mark Twain as a Literary Artist. Norman, OK: University of Oklahoma Press, 1950. P. 90.

32. «In the bottom of the incline the ledge is about ten feet wide, has a casing of blue clay, and is well defined; a great quantity of quartz has been taken from it, which looks exactly like third or fourth-class Ophir, but it won't pay to crush yet awhile, although choice specimens of it have assayed as high as ninety-two dollars to the ton». Local Column. Territorial Enterprise (April 3, 1863) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 412.

33. «At the present writing we cannot say what the net proceeds of the ball will amount to, but they will doubtless reach quite a respectable figure — say $400». Twain M. Sanitary Ball / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 185.

34. «We do not care about dictating much in the matter so long as no one will be likely to pay us for it». The new Court House (Local Column Territorial Enterprise, January 10, 1863) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 189.

35. «We have been suffering from the seven years' itch for many months. It is probably the most aggravating disease in the world. It is contagious. That man has commenced a career of suffering which is frightful to contemplate; there is no cure for the distemper». Local Column. Territorial Enterprise (January 8, 1863) / The Works of Mark Twain; Early Tales & Sketches. Vol. 1, 1851—1864. Berkley: Univ. of California press, 1979. P. 182.

36. «Sam offered the fictitious reporter's «notes» <...> A week later, after his hat was filched at an Odd Fellows ball in Gold Hill, he announced menacingly in the column that he suffered from the seven years' itch». Powers R. Mark Twain. A life. New York. London. Toronto. Sydney: Free press, 2005. P. 113.

37. «Mr. Wm. L. Card, of Silver City, has invented a sort of infernal machine, which is to turn quartz mills by electricity. It consists of wheels and things, and — however, we could not describe it without getting tangled. Mr. Card assures us that he can apply his invention to all the mills in Silver City». Local Column. Territorial Enterprise (April 19—30, 1863) / Ibid. P. 413.

38. «Sulphur Deposit». «Silver bars — how assayed».

39. Virginia City Territorial Enterprise 1862—1868. Digital archive: [сайт].URL: http://twainquotes.com/teindex.html (дата обращения: 07.04.2016).

40. «A journalistic counterculture coalesced at the Enterprise and improvised a news literature-on-deadline that caught the emerging voice of a self-defined America». Powers R. Mark Twain. A life. New York. London. Toronto. Sydney: Free press, 2005. P. 113.

41. «Небылица — это. по сути, форма устного развлечения; аудитория ценит не столько буквальное значение баек, сколько художественные средства выразительности» (The tall tale is essentially an oral form of entertainment; the audience appreciates the imaginative invention rather than the literal meaning of the tales). Tall tale (Folk Tale) / Encyclopedia Britannica: [сайт]. URL: http://global.britannica.com/art/tall-tale

42. «After dark, he ventured forth with his nose swollen to the size of several junk bottles — a vast, inflammed and pulpy old snoot — to get advice about having it amputated». DeQuille D. Mark Twain takes a lesson in the manly art // The Washoe Giant in San Francisco / Ed. by F. Walker. San Francisco: George Fields, 1938. P. 52—53.

43. «American newspapers <...> contained low art and folksy humor, haphazard news items, and florid, sentiment-laden writing <...>». Underwood D. Journalism and the Novel. Truth and fiction, 1700—2000. New York: Cambridge University press, 2008. P. 85.





Обсуждение закрыто.