Был ли Твен «безбожником»?

Марка Твена не раз на протяжении его жизни объявляли «великим безбожником», главным эмиссаром Князя Тьмы в Америке. «Марк Твен — этот сын дьявола», — вот как его нередко величали.

Нельзя отрицать, что еще в юности Твен усомнился в истинности религиозных положений, которые ему внушали, а отвергнув догматы христианского вероучения, он отверг и ортодоксальную религию. Тем не менее Твена живо интересовали вопросы взаимоотношения официальной религии с человеческой личностью и обществом и особенно возможность примирения христианской морали с современным социальным строем. Поэтому, осуждая влияние религии и церкви, ведущее к порабощению человека и общества, он готов был приветствовать религию и церковь, которые помогали бы человеку и обществу. Для него искренней, мужественной, жизнеутверждающей, реалистической была бы такая религия, которая вдохновила бы человечество на создание лучшего мира. Он призывал все церкви мира сделать первый важнейший шаг по этому пути — освободить христианство от мишуры самообмана, фальши и лицемерия, сорвать с него все украшения, оставленные веками, и вернуться к первоначальным здоровым принципам Христа — к этике человечности. «Праведники», ослепленные традиционным богословием, не уразумели истинного своего долга — подойти к миру реалистически, приняв его таким, каков он есть. Реализм считал он основанием для истинной религии, «строящейся на боге и человеке, таких, какие они есть, а не тщательно замаскированных и приукрашенных, какими представляют их почти все философии и все религии». В этих словах — ключ к религиозной философии Твена. Он не был атеистом, как считают многие. Он стремился убедить людей отказаться от традиционной веры и создать новую, которая способствовала бы развитию цивилизации.

Как мы увидим в дальнейшем, отвращение Твена к официальным религиям увеличилось к началу нового века, когда он увидел, что с церковных кафедр приветствуется и прославляется империализм. Наблюдая, как священники превозносят империалистов и примиряют это со своей совестью и верой, он занес в свою записную книжку: «Одно можно сказать с полной уверенностью — если бы Христос жил сейчас, он не был бы христианином».





Обсуждение закрыто.