Твен и англо-бурская война

Совершая поездку вокруг света, Марк Твен посетил в 1896 году Южную Африку. Время было неспокойное. Попытки британских империалистов захватить бурские республики при помощи набегов под главенством авантюриста Джеймсона потерпели скандальный провал. Джеймсон был положен на обе лопатки. В записных книжках и в книге «По экватору» Твен отметил эти события и свое отношение к ним. Он порицал и буров и англичан, поработивших коренное население Африки. «Туземцы ненавидят буров, и у них есть для этого основания», — сделал Твен заметку в записной книжке. И все же он горячо поддерживал независимость буров, понимая, что за спиной разных авантюристов и военных прячутся истинные вдохновители интервенции в Южной Африке — английские капиталисты, жаждущие завладеть землей и копями бурских республик. Твен указал на Сесиля Родса, которому уделил несколько страниц в книге «По экватору», как на главного поджигателя войны. Отдавая должное деловым способностям Родса, Твен подчеркивает, что этот миллионер приобрел власть зверской эксплуатацией туземцев. «Честно говоря, он мне нравится, — иронизирует Твен в своей книге, — и, когда над ним свершится правосудие, я приобрету кусок веревки и сохраню ее на память». «Они [жители Южной Африки] считают, что Родса следовало повесить тридцать лет тому назад, — продолжает Твен развивать свою мысль в записной книжке. — Мне кажется, они слишком поддаются чувствам злобы и мести и забывают о справедливости, а я хотел бы быть справедливым ко всем, даже к мистеру Родсу. Мнение, что его следовало повесить тридцать лет назад, по-моему, слишком жестоко; вот если вы скажете — двадцать девять с половиной, тогда я с вами соглашусь полностью!»

В тот день, когда архиимпериалист министр колоний Джозеф Чемберлен официально объявил о начале англо-бурской войны, Твен сделал гневную запись: «Лондон, 3 часа 7 минут пополудни. Среда, 11 октября 1899 года. Срок ультиматума истек. Сомнений нет, началось! Сегодня, сейчас раздался первый выстрел в Южной Африке. Тот, кому суждено было стать первой жертвой, пал. Кого повергло в скорбь это убийство? Не знаю, бур он или англичанин, но это — убийство, и его совершила Англия руками Чемберлена и его кабинета — руками лакеев Сесиля Родса и Сорока разбойников, то есть «Южноафриканской компании». Через два месяца в фельетоне на тему о том, какие бывают виды лжи, Твен показывает ложь немой поддержки — «ложь... опутавшую недавно Англию: добрая половина ее населения молчаливо делает вид, будто не понимает, что мистер Чемберлен старается сфабриковать материал, чтобы начать войну в Южной Африке1, за него он готов заплатить любые деньги».

Твен был доволен, узнав от Хоуэлса, что его резкая критика Родса и «Южноафриканской компании» в книге «По экватору» используется в Соединенных Штатах, чтобы вызвать сочувствие к бурам. Что касается его самого, признавался Твен Хоуэлсу, то ему становится все труднее и труднее высказываться откровенно. «Между нами говоря, я считаю эту войну преступной, со всех точек зрения позорной, для нее нет никаких оправданий. Я ежедневно сочиняю (мысленно) гневные статьи в журналы, но дальше этого не иду. Англии нельзя проиграть, потому что в противном случае Россия и Германия распространили бы на весь мир свою позорную политику и повергли бы земной шар в средневековую тьму и рабство до второго пришествия». И вот, даже зная, что Англия неправа, Твен не мог заставить себя публично осудить ее. Свое отношение к этому вопросу он выразил в одной фразе: «Рассудком я с британцами, но душой и совестью — вернее, теми остатками ее, какие у меня еще есть, я с бурами».

На какой-то момент в этой внутренней борьбе восторжествовали душа и совесть: Твен написал статью в защиту буров, собираясь опубликовать ее анонимно в лондонской «Таймс». Но в последний момент передумал. В книге «Европа в изображении Марка Твена» доктор Гюнтер Мэле утверждает, что в бурской войне Твен оказался на стороне англичан, ибо над ним тяготели «расовые» связи с англосаксами. В действительности же Твен стоял на стороне буров, но, несомненно, одной из причин его молчания было нежелание нарушать «тесную дружбу между Англией и Америкой». И все-таки картина останется неполной, если не добавить следующего: Марк Твен верил, что политические традиции Англии делают ее союзницей тех демократических сил, которые противостояли империалистической Германии и царской России.

Примечания

1. Мистер Чемберлен старается сфабриковать материал, чтобы начать войну в Южной Африке — поводом к англо-бурской войне был вопрос о правах уитлендеров — иностранцев, преимущественно англичан, проживавших на территории этих республик.





Обсуждение закрыто.