Заключение

Путешествия были неотъемлемой частью образа жизни Марка Твена, а их описания стали для него способом обретения нового литературного опыта и выработки собственного творческого стиля. Особенно важную роль в становлении Марка Твена как писателя сыграла его работа над первой книгой путешествий — «Простаки за границей». Процесс работы Твена над данной книгой был созвучен общелитературной тенденции в национальной словесности США — развитие описания путешествий от небеллетристических записок к литературным художественным формам. Таким образом, жанр путешествия стал своего рода «инкубатором», в котором сформировались принципы художественной словесности не только в масштабах национальной литературы, но и в творческой судьбе самого Марка Твена.

«Простаки за границей» («Innocents Abroad», 1869) и «Налегке» («Roughing It», 1872) — первые большие книги Марка Твена, так же, как и сам жанр путешествия в истории литературы США, «выросли» из небеллетристических текстов. Твен написал обе книги путешествий, подвергнув серьезной переработке ряд собственных газетных материалов и дневников. Жанр путешествия позволил Твену, тогда уже известному автору рассказов, баек и юмористических лекций, осознать специфику литературного труда, найти свой индивидуальный стиль автора художественной прозы.

Свободный по своей сути жанр давал молодому автору практически неограниченные возможности для проб, стилистических экспериментов, для использования различных источников национальной словесности, осмысления (часто в пародийном ключе) традиций этого жанра, сформированных литературными предшественниками (В. Ирвинг, Г. Бичер-Стоу, Г.У. Лонгфелло, Н. Готорн, Д.Ф. Купер и др.). Источником творческих находок для Твена служил специфический фронтирный фольклор, воплощенный в его книгах в форме вставных баек, анекдотов, розыгрышей. Другим источником национальной словесности, из которого Марк Твен черпал материал для своих книг путешествий, была журналистика, в том числе его собственные газетные корреспонденции и заметки. Новаторство Твена как художника заключалось в обработке, сочетании, переплетении различных элементов национальной словесности (литературные традиции жанра, фронтирный фольклор, журналистика) и стилистическом воплощении их в форме литературного целого — жанре путешествия.

Несмотря на, в некотором смысле, «экспериментальный» характер книг, ни «Простаки за границей», ни «Налегке» нельзя считать «пробой пера» молодого писателя. Как и наивность героя-рассказчика, проявляющуюся в некоторых из его литературных «ролей», было бы неоправданным, на наш взгляд, считать следствием авторской незрелости самого Марка Твена, которую отмечали в данных книгах некоторые американские исследователи (Р. Реган, К. Кардвелл и др.).

В литературной «полноценности» критика как американская, так и отечественная, отказывала ранним путешествиям Твена по причине, как считали исследователи (Г.Н. Смит, Д. Ганзел, М. Мендельсон, М. Боброва), определенной структурной незрелости, композиционной недоработанности данных произведений. Названные исследователи обращали внимание на «неровный, скачкообразный» ритм повествования, постоянные переходы Твена от одной темы к другой, резкую смену позиций, с которых ведется повествование. Однако детальный анализ обоих текстов показал, что автор при помощи целого ряда литературных приемов сознательно структурирует текст подобным образом. Твен ведет с читателем литературную игру, будучи ее непосредственным и искренне увлеченным участником. Он постоянно напоминает читателю о правилах этой игры, то есть о собственных творческих принципах. Автор, выстраивая тексты в форме пестрой ткани из фактов и небылиц, меняя при этом «литературные роли», провоцирует читателя на конструктивное сомнение и скептицизм по поводу правдивости того или иного эпизода. Разгадывая в процессе чтения правила литературной игры автора, по сути, анализируя его творческие принципы и литературные приемы, читатель становится активным реципиентом. Именно в рамках двустороннего диалога Твен видел настоящее творчество, стремясь избавиться от «приросшего» к нему образа клоуна, над которым бездумно смеется нетребовательная публика.

Кроме принципа литературной игры, для придания художественного единства своим ранним книгам, Твен пронизывает их системой сквозных мотивов. В «Налегке» это ряд знаковых мотивов-символов (словарь, «слепая» жила, буря и др.), которые проходят через обе части книги, придавая ей единство и обозначая переломные моменты в судьбе героя-рассказчика. Сквозные темы в композиции произведения располагаются автором с определенной закономерностью. Так, главы XXII—XLI представляют собой идеально симметричную конструкцию. Мотивы и эпизоды первой ее половины зеркально повторяются во второй. Эпизод, в котором герой пытается переосмыслить свою жизнь перед лицом смерти, заблудившись во время бурана, обрамлен главами о падении в воду — своего рода символом «крещения», перерождения.

В основу композиции «Простаков за границей» также положен принцип системы лейтмотивов. В этой книге сквозные мотивы располагаются в виде повторяющихся в ходе повествования пар антитез («ожидаемое-увиденное», «прошлое-будущее», «легенда-реальность», «книжное-настоящее», «мечта-действительность», «Европа-Америка»). Через весь текст «Простаков за границей» проходит постоянно повторяющаяся главная антитеза «паломники-грешники», являясь стержневым элементом в формировании композиционного единства книги. По сути, все пары антитез являются отражением главной идеи книги — противопоставления «мертвого» и «живого» начала в жизни как отдельного человека, так и общества в целом. В «Простаках за границей» автор использует прием непосредственной игры-импровизации с целью обличения всего косного, фальшивого, стереотипного в общественных нравах Америки и поведении своих спутников, открывающих для себя новые грани современной действительности.

При всей значимости сквозных мотивов, главным элементом ранних книг Марка Твена, придающим им художественное единство, является стержневой образ героя-повествователя по имени Марк Твен. Этот герой проходит через все творчество писателя Марка Твена, трансформируясь и развиваясь, но возникает и формируется он на страницах ранних книг путешествий. Именно этот образ стал причиной того, что как отечественные (А. Старцев, Е. Стеценко), так и американские исследователи (Д. Кокс, Ф. Роджерс) определяли книгу «Налегке» как автобиографическую. Однако подобное определение жанра «Налегке» не вполне оправданно. И дело не только в том, что в «Налегке» мы сталкиваемся с обилием несовпадений судьбы ее главного героя и биографии самого Клеменса. Главное, что герой «Налегке» — это, прежде всего литературный персонаж. Марк Твен, по сути, «сочинил» историю начала своей литературной судьбы, рассказывая о событиях, происходивших еще до того, как появился сам его псевдоним — Марк Твен. Он делает участником событий литературного персонажа, образ которого будет развиваться вместе с его писательским взрослением в течение всей жизни. В дальнейшем образ литературного героя по имени Марк Твен будет изменяться, испытывая то большее, то меньшее влияние личности самого Клеменса и событий, с ним происходивших. В «Простаках за границей» Марк Твен-персонаж и события книги в значительной степени зависят от происходящего с самим Клеменсом в реальности. Образ веселящегося туриста и повествовательная манера заметно изменяются в тех эпизодах, где самому Клеменсу становится скучно в ходе путешествия или когда во второй половине книги он чувствует себя уставшим от созерцания бесконечных достопримечательностей. Таким образом, меняя не только литературные роли, но и «степень автобиографичности», Марк Твен продолжает вести литературную игру с читателем.

Традиции Марка Твена в жанре путешествия нашли свое продолжение в американской литературе XX века. Несмотря на то, что «путешествие» как жанр художественной литературы в XX веке стало не столь популярно, как в XVIII—XIX веках, такие известные американские писатели, как Т. Драйзер, Э. Колдуэлл, Д. Стейнбек в полной мере отдали дань этому жанру1. Т. Драйзер по итогам своей поездки по Европе в 1911 году пишет цикл очерков, который перерабатывает в книгу путешествий «Сорокалетний путешественник» («A Traveller at Forty», 1913). Так же, как и Твен, свою первую книгу путешествий Драйзер посвящает поездке по заморским краям, а вторую — странствиям по родной Америке и «знакомству» с ней и соотечественниками. Второе путешествие Драйзера — «Каникулы уроженца Индианы» («A Hoosier Holiday»), выходит в свет в 1916 году. В этой книге автор описывает свое путешествие на автомобиле из Нью-Йорка на родину, в штат Индиана. Путешествия, в течение короткого промежутка времени, как по зарубежным странам, так и по Америке, позволили и Твену, и Драйзеру лучше понять национальные особенности собственного народа, сравнить социальное и политическое устройство Америки и других стран.

Традиции в жанре путешествия в американской литературе, заложенные Твеном, в 60-е годы находят свое отражение в творчестве Д. Стейнбека, автора «Путешествия с Чарли в поисках Америки» («Travels with Charley in Search of America», 1962) и Э. Колдуэлла, написавшего по итогам поездки по своей стране книгу путешествий «Вдоль и поперек Америки» («Around About America», 1964). И Стейнбека, и Колдуэлл интересует динамика национального характера американцев. Выводы, к которым приходят оба автора, отсылают нас к твеновской традиции. Твен признавался, что «чувствовал себя на гребне великого национального движения: все ехали в Европу — я тоже ехал в Европу».

Американская литература о путешествиях в XX веке наследует такую характерную черту жанра путешествия в творчестве Марка Твена, как особый, активно впитывающий впечатления герой. Этот персонаж неопытен, но, оказавшись в незнакомом для него мире, быстро учится и взрослеет. Начать эту череду героев-путешественников следует с главного героя-повествователя книги Марка Твена «Налегке». Вначале он, неопытный юноша, совершает много промахов в коварном мире фронтира, но благодаря активности и наблюдательности, адаптируется и развивается, становясь зрелой личностью. Взрослеющий путешественник, набирающийся опыта герой, стал характерной фигурой всего последующего творчества Твена, его «визитной карточкой» как автора. Речь идет о его знаменитых персонажах — Томе Сойере и Гекльберри Финне. Более того, этот Твеновский тип героя получил свое развитие в творчестве таких американских авторов, как У. Фолкнер («Сарторис», 1929), Т. Капоте («Иные голоса, иные комнаты», 1948), Д. Сэлинджер («Над пропастью во ржи», 1951) и других.

Наработанные в ранних книгах путешествий «Простаки за границей и «Налегке» стилистические приемы, а также элементы самого жанра путешествия нашли воплощение в романном творчестве Твена. Так, плавание Гека с Джимом («Приключения Гекльберри Финна») по Миссисипи представляет собой не только повторение традиционной сюжетной модели жанра путешествия. Принципиально важен тот факт, что Твен доверяет вести повествование герою, говорящему народным языком и обладающему народным, типично американским менталитетом, что придает описанию путешествия особую стилистическую окраску и соответствующую образу рассказчика систему оценок увиденного. Эту манеру повествования, когда стиль и манера описания путешествия варьируются в зависимости от смены «роли» повествователя Твен разработал в своих ранних путешествиях — «Простаки за границей» и «Налегке».

Несмотря на существенные изменения в жанре литературного путешествия, пласт литературы прошлых веков о путешествии в Старый Свет развивал свои традиции и в литературе XX века. Более того, многие писатели, как XIX, так и XX веков могли надолго покидать родину или вовсе оставаться за границей — В. Ирвинг, Н. Готорн, Г. Джеймс, Э. Хемингуэй, Р. Райт, И. Шоу. Это можно назвать своего рода модификацией мотива бегства, традиционного для романтической литературы путешествий. Но если романтики скрывались от цивилизации на лоне дикой экзотической природы, то писатели XX века искали убежище от цинизма и прагматизма американской цивилизации в странах с древней культурой и духовными традициями. Даже романное творчество Хемингуэя, помимо его статей и очерков, написанных в качестве специального корреспондента во Франции, Италии, Испании, преимущественно посвящено поездкам автора по разным странам. В романе «И восходит солнце» действие происходит во Франции и Испании, «Прощай, оружие!» — в Италии, «По ком звонит колокол» — в Испании, «Через реку и к тем деревьям» — в Италии.

Традиции Твена в жанре путешествия могли принимать весьма причудливые формы в последующем литературном процессе XX века. Будучи результатом отражения многообразного опыта, тексты в жанре путешествия на протяжении всей истории развития жанра имели такую специфическую особенность, как эклектичность, разнородность. Твена неоднократно упрекала американская критика за соединение элементов, различных по происхождению и стилю, сочетание фактов и литературного вымысла, за пестроту событийную и стилистическую Традиция подобной сложной структуры, включающей обилие разнородных фактов, документальных и вымышленных, воплотилась в путешествиях XX века. Однако здесь содержательная нагрузка данной конструкции коренным образом трансформировалась. Обилие неупорядоченных фактов может демонстрировать экзистенциальный хаос бытия, либо зафиксированный в форме документа факт мог служить своего рода «спасательным кругом» в море неупорядоченной, непознаваемой реальности. Опора на факты помогает человеку осваивать непредсказуемую действительность и упорядочивать ее. В романах «Рэгтайм» Э.Л. Доктороу, «Признания Ната Тернера», «Выбор Софи» У. Стайрона, «Корни» А. Хейли используются и реальные документы, и стилизации под документ, реальные события домысливаются и развиваются по вымышленной романной фабуле, а реальные исторические и выдуманные персонажи действуют в рамках одной сюжетной линии.

Ставший традиционным в жанре путешествия прием переплетения фактов и вымысла у предшественников Твена должен был, прежде всего, убедить читателя в правдивости и подлинности вымышленных элементов, соседствующих с документальными. Твен же начал использовать этот традиционный с XVII века в американской литературе путешествий прием, преследуя противоположную цель — нарочитое стремление автора к достоверному изложению фактов должно было насторожить читателя, а ироничный стиль повествования натолкнуть на мысль о вымышленном характере излагаемых событий. Подобный прием утверждения вымысла с помощью фактов можно обнаружить в американской литературе середины XX века в произведениях так называемых «черных юмористов» — Т. Пинчона, Д. Барта, Д. Смита, У. Берроуза, К. Воннегута, У. Миллера2. Ради того, чтобы утвердить абсурдность мира и разоблачить сложившиеся в обществе мифы, авторы могут привлекать документальные факты. При этом история общества, факты прошлого представляются как порожденный воображением вымысел, а документальной литературе отказывается в возможности достоверно представить картину мира. В таких произведениях, как «Табачный агент» Д. Барта или «Общая история Виргинии» Д. Смита исторические документы, материалы архивов представлены как ложные факты, доказывающие лишь несовпадение намерений человека, исторической практики и ее отражения в документальных материалах. Факты американской истории перетолковываются, доводятся до абсурда с помощью традиционных приемов гротеска, метафоры, пародии. Герои «черных юмористов» находятся в путешествии, но оно лишено целенаправленности и символизирует бессмысленность и иллюзорность «американской мечты» и пути Америки как нации.

Несмотря на обширнейшую исследовательскую литературу, посвященную творчеству Марка Твена, как в американском, так и в отечественном литературоведении, книги путешествий «Простаки за границей» и «Налегке» были лишены должного внимания исследователей по нескольким причинам. Прежде всего, в силу разногласий в определении их жанра, а также известной жанровой неопределенности самого жанра путешествия. Мы считаем, что путешествие является самостоятельным жанром художественной литературы, обладающим определенным рядом атрибутивных признаков, которые позволяют отнести книги М. Твена «Простаки за границей» и «Налегке» к жанру путешествия и анализировать их в соответствии с закономерностями данного жанра. К атрибутивным признакам жанра путешествия мы относим:

• Принцип жанровой свободы, пронизывающий разные уровни текста путешествия, отсутствие структурированной фабулы, строгих литературных канонов.

• Синтетичность путешествия, подразумевающую взаимопроникновение признаков различных жанров (автобиографии, письма, дневника, фольклорной байки, газетной заметки) в одном тексте.

• Структурообразующую роль автора-путешественника, участника событий, носителя определенного мировоззрения.

• Субъективность авторского подхода в оценке увиденного.

• Документальность.

• Публицистичность.

• Вымысел как неотъемлемую часть специфики жанра путешествия.

• Переплетение фактической составляющей с подчеркнуто субъективной её интерпретацией и даже вымыслом.

• Наличие мотива дороги как тематического и структурного стержня текста.

К числу концептуальных выводов, к которым приходит автор диссертации, могут быть отнесены следующие положения. Определяющие ранний этап творчества Твена книги «Налегке» и «Простаки за границей» являются классическими образцами жанра путешествия, тесно связанными с традициями фронтирного канона (байками, небылицами, специфическими приемами юмора положений, иронией, гротеском, алогизмом и жизнеутверждающим пафосом).

Центральный в этих книгах образ автора-повествователя привлекает своей открытостью, искренностью, уважением к людям иных стран и континентов, неприятием фальши, высокомерия, «культа американизма».

В первых твеновских путешествиях формируется неповторимый Твеновский юмор, сатира, самоирония, приемы, получившие развитие в последующей литературной традиции. Именно в рамках путешествия Твена впервые затрагивается тема России («Простаки за границей», главы XXXV—XXXVII), в которой будущий великий писатель выступает в роли «полпреда» США в нашей стране.

Примечания

1. См.: Киреева И.В. Америка и американцы в книгах путешествий Джона Стейнбека и Эрскина Колдуэлла («Путешествие с Чарли в поисках Америки»; «Вдоль и поперек Америки») // США: Становление и развитие национальной традиции и национального характера. — М., 1999.

2. Лаврентьев А.И. «Черный юмор» в американском романе. Дис. ... канд. филол. наук М., 2004.





Обсуждение закрыто.