Заключение

Анализ творчества Марка Твена на широком фоне европейской и американской литературы позволяет выявить некоторые фундаментальные принципы национального художественного мышления, черты и образы народного характера, специфические жанровые формы и магистральные сюжеты американской литературы. Они обусловлены исторически своеобразными путями формирования культуры Соединённых Штатов в условиях свободы, демократии, капитализма и рынка, на основах открытости, множественности и дополнительности. Отсюда характерное для американской культуры отсутствие единого центра, регионализм и постоянные поиски нового. Отсюда в сознании американцев плюрализм ценностей и предпочтение индивидуальному началу, динамизм, склонность к переменам, активность и состязательность. В нём совмещаются прямо противоположные тенденции: терпимость и нетерпимость, жажда наживы и неистребимый идеализм, умение приспосабливаться к обстоятельствам и стремление переделывать мир по собственной мерке, прагматизм и мечта, уважение к реальному факту и символическое понимание событий, концепции свободы и самостоятельности человека существуют наряду с идеями предопределения и детерминизма.

Как создатель самобытной национальной традиции, Марк Твен в своём творчестве сумел объединить различные формы словесности — от грубого простонародного фольклора движущейся границы до европейской классики, от Шекспира и Сервантеса до Дэйви Крокетта и Майка Финка, от Свифта и Вольтера до Харриса и Артемуса Уорда. Он творчески переработал традиции европейской литературы, религиозной, назидательной и политической риторики США, комической журналистики и серьёзной документалистики, эстрадных представлений и романтической прозы. Этот художественный синтез складывался в русле серьёзно-смеховой литературы, исполненной духом вольности и непочтительности к любым авторитетам, который проявился в твеновской прозе в отрицании общепринятых ценностей и устоявшихся взглядов, в пародиях и профанациях, в розыгрышах и мистификациях.

Из простонародного американского юмора Марк Твен почерпнул жанровые формы своих ранних вещей, сюжеты и типы героев. Он впитал его буйную и гротескную фантазию, его тяготение к темам смерти и насилия, его предпочтение к высказываниям от первого лица. Смеховое творчество фронтира, не скованное рамками благопристойности, во многом предвосхищало и готовило взрыв телесности и сексуальности в XX веке. Твен стремился преображать его неистощимую энергию и телесность, его хвастовство, жестокость и нетерпимость, подчиняясь господствующим вкусам читающей американской публики своего времени, очищая язык от грубости и добиваясь изящества формы. Сплетение анекдотов, ярн, этот характерный жанр американского фольклора, достиг поразительной стройности и стал явлением высокой литературы именно под пером Твена.

Фольклорные типы хвастуна и фантазёра-охотника, доморощенного мудреца, обманщика-ловкача и наивного простака слились в шутовской маске Марка Твена. Этот образ воспроизводит древний архетип трикстера и вместе с тем являет черты народного характера: индивидуализм и самостоятельность, предприимчивость и активность, непоседливость и любовь ко всему новому, а также склонность к жестокости и насилию.

Марк Твен сыграл важную роль в развитии американского реализма, своеобразие которого заключалось в том, что он имел дело с совершенно иной, гораздо более мобильной структурой общества, чем в Европе. В Америке XIX века ещё не было жёсткой иерархии и резких имущественных различий, оттого облик американца был гораздо менее определённым и более текучим, так что нередко он совмещал в себе самые разные социальные роли. Это обусловило многообразие форм реализма в американской литературе, сочетание трезвого понимания социальных конфликтов и религиозной дидактики, реалистической точности деталей и романтических преувеличений. Существенными чертами раннего американского реализма стали его жизнеутверждающий пафос и склонность к светлым и радостным проявлениям жизни, к изображению положительных героев, некоторая ограниченность историзма и наличие запретов на изображение тёмных, уродливых сторон действительности и сексуальности человека. Марка Твена, как Генри Джеймса и Уильяма Д. Хоуэллса, больше интересовала тема сопротивления личности влиянию среды, чем приспособления к ней.

В становлении реалистической прозы в США ключевую роль сыграли воспоминания и путевые заметки, которые прежде всего воплощали индивидуальный опыт писателя, а вовсе не социологические очерки (или «физиологии»), как во Франции или в России. Марк Твен в этом отношении — весьма типичный писатель, всё его творчество насквозь автобиографично — от первых рассказов и книг до поздней «Автобиографии». Поэтому существенной особенностью американского реализма стала ориентация на субъективное восприятие мира и предпочтение формам повествования от первого лица. Недаром Генри Джеймс в качестве метафоры литературы предложил вовсе не зеркало, отражающее жизнь, а «дом со множеством окон», где у каждого автора есть свой особенный взгляд.

Твеновский реализм сочетал в себе весьма точное изображение психологии подростков и убогого быта американского захолустья с поэтическим восприятием природы и мальчишеской мечтой об удивительных приключениях, серьёзный и горький анализ действительных отношений людей с весельем и развлекательностью. Среди совершенно достоверных персонажей «Приключений Тома Сойера» мог появиться ходульный и условный злодей индеец Джо, а трагичные и жестокие «Приключения Гекльберри Финна» могли завершиться комическим и насквозь пародийным «освобождением» негра Джима и подчёркнуто счастливой концовкой. Трагический по своему конфликту роман «Янки при дворе короля Артура», где герой бросает вызов целому миру и жаждет совершить революцию, дабы из VI века перескочить в XIX, вдруг оборачивается комическим розыгрышем. В этом сопряжении комизма и трагедии, действительности и буйной фантазии, логики жизни и логики мечты, в слиянии реалистической повести и символической притчи в творчестве Твена воплощается ещё одна особенность национального мышления, которую можно назвать двойным ведением.

В его произведениях магистральные сюжеты американской культуры — такие, как бегство от цивилизации к природе, история успеха или образ человека, который сам сотворил свою судьбу, фигура героя, который в одиночку дерзает сразиться с целым миром и тем самым поторопить приход новой эры, также, как истории двойников и самозванцев, — оказались насыщенными материалом обыденной жизни, и это отличает их от гораздо более условных романов Фенимора Купера и Германа Мелвилла. Вместе с тем Твен всегда воспарял над будничным и приземлённым, чем отличался от многих своих современников-реалистов.

Вечными образами мировой культуры стали его знаменитые герои-подростки — Том и Гек. В них воплотились непреходящая молодость и инфантилизм американского характера, его самодостаточность и умение использовать других, его умение приспособиться к обстоятельствам и неуёмное желание покорить мир. Их юность, сиротство и отчуждение от мира, их находчивость и предприимчивость, их богатство и успех — имели одновременно вполне реальное и метафорическое измерение.

Марк Твен в своих поздних произведениях воплотил перелом национального самосознания на рубеже XIX—XX веков. Великий юморист стал желчным и едким критиком цивилизации, создатель чистых и светлых детских повестей обратился к мрачным видениям и болезненным проблемам общественного развития, автор, всегда стремившийся быть как можно ближе к читателю, писал произведения, предназначенные лишь к посмертной публикации. Главные проявления творческого гения Твена в его поздние годы — это политические памфлеты, повести-притчи, священные пародии, а также «Автобиография».

Повесть-притча и роман-парабола представляют собой весьма характерные для американской литературы формы, построенные на сочетании прямо противоположных принципов изображения действительности — развёрнутого предметного описания и иносказания. К этому жанру Марк Твен обращался в разные периоды своего творчества. Ещё в 1870-е годы он создал целый ряд «робинзонад» и «путешествий», выдержанных в традиции просветительской сатиры, написал несколько притчей вроде «Недавнего разгула преступности»; сочетание реального и символического планов определяет своеобразие жанра его романов-исторических фантазий «Принц и нищий», «Янки из Коннектикута» и вариаций на религиозные темы и библейские сюжеты («Путешествие капитана Стормфилда в рай», «Дневники Адама и Евы» и другие «Документы семейства Адама»). Философская и сатирическая повесть-притча стала основным жанром его позднего творчества — от «Простофили Уилсона» до «Таинственного незнакомца» и «Писем с Земли».

Особое место в его творчестве занимает «Автобиография», произведение новаторского характера, ломавшее литературные каноны, построенное в форме свободного импровизационного воплощения человеческой индивидуальности в слове, на принципах полифонии и стереоскопичности. «Автобиография» Твена даёт новое представление о личности человека, текучее и сложное. В ней сочетаются различные формы документальной и художественной литературы: живописные воспоминания и дневниковые заметки, злободневная публицистика и психологические портреты, юмористические рассказы и размышления о жизни.

Главная задача позднего творчества Твена — разрушение мифов и иллюзий древней европейской и молодой американской культуры, в числе которых — догматы христианской религии и просветительская вера в добрую природу человека и прогресс общества, идеалы индивидуализма и демократии, преувеличенное представление о роли англо-саксонской расы и особой миссии США на Земле. Это проявилось в горьких повестях-притчах позднего Твена, в серии его саркастических памфлетов 1900-х годов, в его «Письмах с Земли», «Таинственном незнакомце» и в «Автобиографии».

В позднем творчестве Твена основным является переоценка философско-религиозных и социально-политических устоев западно-европейской культуры — однако не с целью её разрушения, но ради открытия новых идей и движущих сил культуры, ради сохранения её истинных ценностей: самостоятельно мыслящего человека, не поддающегося давлению толпы; общества, устроенного на принципах справедливости и сотрудничества; свободы и равенства всех людей; мира, дружбы и взаимоуважения народов. Резкая критика основ европейской культуры в позднем творчестве Твена есть одновременно утверждение лучшего в ней, это путь и переход к новым понятиям и ценностям — от замкнутого и преувеличенного представления о собственной стране к глобальному видению мира, от «монадного» представления о человеческой личности — к универсальному и космическому.

Читать дальше

Обсуждение закрыто.